Книга Канцлер Мальтийского ордена: Вежливые люди императора. Северный Сфинкс. К морю марш вперед!, страница 443 – Александр Харников

Но англичане, как это часто у них происходит, решили действовать рискованно и дерзко. И в случае неудачи они могут оказаться в большой заднице, из которой им придется выбираться с позором и немалыми материальными потерями. Я посоветовался с нашим «великим канцлером» Василием Васильевичем Патрикеевым, после чего мы пришли к выводу – надо выработать консолидированное решение с «ближними боярами» царя, с которым и явиться пред светлые очи самодержца. Павел – натура импульсивная, и часто в запальчивости принимает не всегда верные решения. Когда же мы сообщим ему о наших планах и предположениях, то, скорее всего, он не будет возражать и даст нам карт-бланш на проведение спецоперации, которую я предложил назвать «Мышеловкой».

Суть же создавшейся ситуации я сейчас излагал собравшимся.

— Господа, как вы знаете, наш британский противник, потерпев поражение под Ревелем и не сумев совершить государственный переворот, на время притих и не проявляет инициативы. Но сие не означает, что он остался с мыслью оставить нас в покое. Британцы упрямы в достижении своих целей, и если им надо, не жалеют ни сил ни денег для того, чтобы добиться их.

— Вы узнали что-то новое, Николай Михайлович? – поинтересовался Кутузов. – Какую очередную пакость они нам готовят?

— На Балтике, скорее всего, особой активности они не проявят. После Ревеля им тут ловить нечего. Но есть и другие места, где можно нам подгадить…

— Где именно подобное может случиться? – спросил Ростопчин. Он достал из кармана кружевной платок и вытер им вспотевший лоб.

— Нам удалось узнать, что британцы готовят набег на наши порты на Черном море. Пользуясь тем, что часть Черноморского флота находится в Средиземноморье, британцы рассчитывают внезапным ударом уничтожить верфи Николаева и Херсона, военно-морскую базу и корабли в Севастополе. Удерживать их они не собираются, их главная цель – нанесение нам максимального вреда.

— Да, но для того, чтобы попасть в Черное море, – произнес Ушаков, – им надобно пройти проливы Босфор и Дарданеллы. Вы полагаете, что турки свободно пропустят мимо Константинополя британскую эскадру?

— Турки сейчас союзны британцам и вместе с ними воюют против французов, – ответил я. – Почему бы им не разрешить английским кораблям пройти через проливы, соединяющие Средиземное море с Черным? Ведь они же позволили нечто подобное и вашим кораблям, Федор Федорович.

— Возможно, возможно, – Ушаков наморщил лоб. – От этих шарлатанов следует ожидать всего чего угодно. Но что нам тогда делать, Николай Михайлович?

— Следует превратить Черное море в огромную мышеловку, из которой не могли бы выбраться британские корабли.

— Да, но для этого надо превратить турок из союзников Англии в ее противников! – воскликнул Ростопчин.

— Нечто подобное произошло в нашей истории в январе 1807 года, когда турки неожиданно для многих из союзников англичан стали их врагами, а французы из врагов – союзниками.

— Османы весьма переменчивы, – произнес Кутузов, который внимательно слушал наш разговор. – Многое в политике Высокой Порты зачинается в Серале, где различные придворные группировки стараются склонить султана к нужному для них решению.

— Вот и мы так считаем, – кивнул головой Василий Васильевич. – Поэтому я хотел бы попросить вас, Михаил Илларионович, возобновить общение с вашими турецкими знакомыми, которые появились у вас в бытность вашу посланником в Константинополе. И еще – пользуясь доверительными отношениями, сложившимися с господином Первым консулом, мы хотим попросить французов по своим каналам помочь нам обратить турок против англичан. Думаю, что это они сделают с большим удовольствием.