Книга По следам Александра Великого, страница 119 – Александр Харников

— Вот тебе письмо – прочитай его здесь, не нужно, чтобы о нем знали другие.

Письмо было от мисс Ольги, и, хотя в нем не было ни слова о любви, оно был весьма теплым, и мне показалось, что и мисс Ольга ко мне неравнодушна. Хотя, может, конечно, мне просто хотелось так думать.

Прочитав письмо, я вернул его Крузенштерну сказав ему:

— Благодарю вас, Иван Федорович. Ну что ж, я готов действовать и дальше.

— Тогда сделаем так. Через четыре недели в Лондон приезжает твой старый знакомый Ганс. К тому времени ты будешь знать о планах Дженкинсона на твою персону.

— Понятно. А если меня сразу задержат?

— Это вряд ли. Конечно, не будь твоей персоны на борту, мы взяли бы и табак, но в том, что мы отпустили шотландский корабль, служащий для перевозки эмигрантов, ничего нового нет. Вот если бы он был приписан к английскому порту и представлял для нас интерес, мы бы, возможно, его конфисковали, а груз – определенно. А про твою персону легенда такая – ты представитель чайной компании, но чая с собой, естественно, не везешь. Поэтому ты нам попросту был неинтересен. Хотя мы расспрашивали тебя про чай, чтобы проверить, на самом ли деле ты в нем разбираешься.

Иван Федорович еще раз обнял меня и постучал в дверь. Вошедшему моряку коротко бросил по-русски:

— Нет, это не тот О‘Нил. Пусть катится на все четыре стороны.

Почему я должен «катиться» и на какие «четыре стороны», я не понял, но спрашивать не стал – для моряков я русского языка не знаю вообще. И меня отправили обратно на «Дженни».

Четвертого октября мы пришли в Ливерпуль, и я сумел уехать в тот же день на дилижансе в Лондон. И вчера поздно вечером я прибыл в «Гороховый суп», а сегодня с утра написал лорду Хоксбери в Форин-офис с просьбой меня принять. Через два часа мне принесли распоряжение прибыть к нему на Фладьер-стрит в пять часов вечера. И я решил до того навестить Ричарда Твайнинга.

Открыл мне некий дворецкий, которого я в прошлый раз не видел. Смерив меня взглядом, он пренебрежительно посмотрел на меня и сказал через губу:

— Что вам угодно, мистер…

— О‘Нил. Мне угодно встретиться с мистером Ричардом Твайнингом.

— Мистер Твайнинг не заинтересован встречами с коммивояжерами. Если вы хотите что-нибудь продать, обратитесь в контору фирмы. А если купить, то в один из магазинов фирмы. Если оптом, – и он нагло усмехнулся, – то тоже в контору фирмы.

— Потрудитесь доложить господину Твайнингу о моем прибытии из Америки. И больше ничего.

Тот скептически посмотрел на меня и сказал:

— Ждите.

И захлопнул дверь у меня под носом. Но через две минуты дверь открылась, и тот же дворецкий заверещал:

— Что же вы не сказали, что вы наш представитель? Заходите, мистер Твайнинг ждет вас.

Я не удостоил наглеца ответом и прошел вслед за ним в кабинет Ричарда Твайнинга. Дворецкий открыл мне дверь, поклонился и ушел, а Ричард весело спросил у меня:

— Ну что? Как съездили?

— Здравствуйте, мистер Твайнинг, – кивнул я. – Ознакомьтесь.

И я протянул ему договоры с Адамсом и с Пинкхамом из Нью-Йорка. Тот начал читать, причем выражение его лица из скептического быстро перешло в удивленное, а потом и в восторженное.

— То есть вы смогли договориться с Пинкхамом о цене по верхней границе диапазона? И с янки из Бостона – примерно в середине диапазона? Несмотря на их прижимистость, вошедшую в поговорки даже с нашей стороны Атлантики?