Книга Октябрь, страница 426 – Александр Борисович Михайловский, Александр Харников

На волне революционного энтузиазма Петлюра выдвинулся в руководство украинским движением в армии. В апреле 1917 года он же выступил инициатором и организатором проведения в Минске Украинского съезда Западного фронта. Съезд создал Украинскую фронтовую раду, а ее председателем снова выбрал именно его, Симона Петлюру.

Как председатель Фронтовой Рады и уполномоченный «Земгора» Петлюра был делегирован на Всеукраинский национальный съезд, созванный в Киеве Центральной Радой. И с середины апреля по сегодняшний день пан генеральный секретарь боролся в Киеве за власть. Уж очень много было желающих попановать в «матери городов русских».

Добиваясь украинизации частей бывшей российской императорской армии, дислоцированных на территории Малороссии, и Черноморского флота, он зарабатывал поддержку членов Центральный Рады. Петлюра одновременно заигрывал и с щирыми украинскими националистами, и со сторонниками «единой и неделимой», скрытыми монархистами и открытыми социалистами. Приходилось обещать всем и всё, зная, что все равно потом, добившись власти, не исполнит ничего из обещанного.

Пока у власти было Временное правительства, он выступал за тесную федерацию Украины с Россией, свертывание националистической пропаганды, создание украинских добровольческих частей в русской армии, войну до победного конца. Все это, если вспомнить, о чем он говорил буквально несколько недель назад, выглядело с его стороны довольно беспринципно. Но так принято в политике – надо уметь вовремя переметнуться к тому, кто сильнее, и сразу же начать поиск еще более сильного хозяина.

Падение правительства Керенского и пришествие к власти большевиков во главе со Сталиным спутали все карты пана генерального секретаря. Выступая на митингах и призывая «громадзян» к дружбе с новой революционной Россией, он форсировал усилия по ползучей украинизации армии. Петлюра прекрасно понимал, что власть на Украине будет у того, за кем будет вооруженная сила.

То, что произошло совсем недавно в Петрограде, в некоторой степени развязало руки ему и другим членам Центральной Рады. После кулуарного совещания с Винниченко и Грушевским, он пришел к выводу, что настало время провозгласить незалэжную Украинскую Республику. Только провозгласить ее легко, а вот что будет дальше?

Пан генеральный секретарь имел своих информаторов в Петрограде. Именно они сообщили о внезапном появлении на политической сцене некоей третьей силы, непонятно откуда взявшейся в столице бывшей Российской империи. Эта третья сила, в лице эскадры боевых кораблей адмирала Ларионова и моторизованной бригады полковника Бережного, была воистину силой, неумолимой и безжалостной. О боевых возможностях их кораблей, аэропланов, танков и броневиков ходили самые невероятные легенды. По крайней мере, именно они сумели нанести сокрушительное поражение германскому десантному флоту у острова Эзель, а затем и разгромить сухопутную армию немцев под Ригой, которой, кстати, командовали Гинденбург с Людендорфом. И именно после этого германский кайзер поджал хвост и после непродолжительных переговоров заключил мир с новым большевистским правительством России.

А ведь какие у него были надежды на германцев! Петлюра рассчитывал, что самопровозгласившая незалэжность Украинская Республика сумеет в ходе мирных переговоров с кайзером убедить немцев в том, что «Украина не Россия», и что союзник в лице правительства Центральной Рады будет очень полезен Германии как противовес «дикой и азиатской России». Теперь все эти планы пошли коту под хвост.