Онлайн книга «Октябрь»
|
Конечно же, можно было бы пойти напролом и прорваться на Север с боем. Но по политическим соображениям было бы лучше, чтобы британцы начали боевые действия первыми. Впрочем, даже нападая они заявляют во всеуслышание, что обороняются, а совершая акт агрессии, заявляют, что «тем самым они защищают цивилизованный мир от насилия этих русских варваров». Благополучному походу помогла и погода. Как раз в это время Северное и Норвежское моря накрыл очередной циклон, пришедший из Северной Атлантики. Дождь со снегом, шквалистый ветер, низкая облачность и волны, как ширмой закрывавшие от чужого взгляда «Североморск» и «Адмирал Ушаков». Трое суток корабли, как на качелях, взлетали и падали, преодолевая огромные океанские волны. Вверх – вниз, вверх – вниз. Военные моряки хоть из двадцатого, хоть из двадцать первого века к таким вещам привычные. Ни Иванов, ни Белли, ни Петров не были морскими офицерами «бульварного плаванья». Унтер Самохин тоже помотался с «Аскольдом» по морям, видал и Владивосток, и Сингапур, и Аден, и Дарданеллы в кровавой бане шестнадцатого года… Почти все двое суток, пока Особый отряд форсировал британскую блокадную завесу, контр-адмирал Иванов и капитан 2-го ранга Белли провели в главном командном центре «Североморска». Господа офицеры, а может, уже и товарищи, понимали: вполне вероятно, что и им тоже в самом ближайшем времени предстоит играть в прятки, где водящим с завязанными глазами будут британцы. Опыт никогда не бывает лишним, тем более что Северный флот, который еще предстоит создавать, в недалеком будущем станет главным флотом Советской России на Атлантическом ТВД. Единственными, кому пришлось очень нелегко в этой круговерти шторма, оказались непривычные к морю и качке красный губернатор Вячеслав Молотов и чекист Рыбин. Но ничего, выдержали, никто не умер, хотя цвет лица у Вячеслава Михайловича стал нежно-салатовый, а даже мысли о еде вызывали позывы к «кормлению Нептуна». Рыбин выглядел немногим лучше. Но зато когда при подходе к Полярному кругу шторм начал понемногу стихать, все понемногу ожили. Вячеслав Михайлович, к примеру, едва почувствовав, что может думать уже не только о том, как успеть добежать до гальюна, отправился в библиотеку «Североморска». Самообразование – коронная фишка большевиков сталинского призыва. Те, кто пренебрегал им, довольно быстро вышли в тираж. Об одном клоуне, в нашей истории излишне зажившемся на белом свете, было решено позаботиться особо, не акцентируя, впрочем, на этом факте особого внимания. Помер Трофим, то есть Никита, от несвежей водки и маринованных грибочков, ну и хрен с ним… Кстати, несмотря на то что команда «Североморска» называла Антона Рыбина «чекистом», никакого ЧК в этой версии истории не было. Ведомство, воссоздаваемое товарищем Дзержинским из обломков МВД, царской охранки, уголовного розыска и службы безопасности большевистской партии, с самого начала называлось Народным комиссариатом внутренних дел. Здесь уже не будет никакой чрезвычайщины. Вместо метода проб и ошибок, построение внятной силовой структуры пошло по лекалам незабвенного Лаврентия Павловича, великого ужаса троцкистов и террористов середины двадцатого века. Но все это лирические отступления. Проделав почти четыре тысячи километров (две тысячи двести морских миль) по водам Балтийского, Северного, Норвежского, Баренцева морей, отряд особого назначения совершенно неожиданно для всех обрушился на Мурманск, словно снег на голову. И правильно, незачем раньше времени пугать страусов, еще наделают глупостей. Нежданная паника в курятнике выглядит куда интереснее. |