Онлайн книга «Октябрь»
|
Один из летчиков сдвинул вбок дверь, и в салон ворвался соленый морской ветер. В эту дверь один из членов экипажа и мой спутник выбросили вниз какой-то серо-зеленый сверток. Вслед за ним полетел какой-то цилиндр размером примерно с ручную гранату. Когда этот цилиндр упал в воду, то в воздух поднялся столб густого оранжевого дыма. Потом, постояв еще немного у открытого люка, они начали собираться. С вертолета сбросили канат, а Антон, надев специальное приспособление, называемое люлькой, стал готовиться к спуску. Как я понял, он уже имел немалый опыт в подобных делах. Антон сел в дверном проеме, вложил веревку люльки в тормозные карабины и, повернувшись лицом к вертолету, начал плавно спускаться вниз. Я выглянул наружу. Под нами на волнах колыхалась серо-зеленая лодка. Сверху она была похожа на сплющенный бублик. В ней сидел Антон, уже успевший отстегнуть веревку. Он помахал мне рукой, и я понял, что пришла моя очередь. Вздохнув поглубже, я подождал, когда летчик в вертолете поможет мне пристегнуть карабины к веревке, и, зажмурив глаза, шагнул из вертолета в пустоту. Но спуск прошел быстро и без каких-либо неприятных ощущений. Уже сидя в лодке, которая представляла собой надутую воздухом прорезиненную оболочку, я помог принять Антону груз, спущенный нам сверху. И, когда вертолет, втянув веревку в люк, развернулся и полетел на восток, я стал вместе с ним собирать весла, чтобы грести в сторону берега. Впрочем, заниматься долгой греблей нам не пришлось. Привлеченный столбом оранжевого дыма, из гавани Цоппота вышел небольшой паровой катер, который нас быстро заметил и принял на борт. Как пояснил Антон, такие сигнальные устройства с дымом как раз и служили для привлечения внимания спасателей к жертвам морских катастроф. Морская полиция, по всей видимости, уже проинструктированная и предупрежденная о нашем появлении, быстро и без лишних вопросов доставила нас в порт Данцига, откуда на автомашине мы добрались до железнодорожного вокзала. Там нас уже ждал состав – паровоз и два вагона. В один погрузились мы со своим грузом, в другой – взвод моряков, которыми командовал неразговорчивый корветтен-капитан, флигель-адъютант самого кайзера. С его помощью мы без хлопот меньше чем за сутки добрались до Берлина, где нас уже поджидали две автомашины. В одну большую легковую мы погрузили наш багаж и сели туда сами, а вторая – грузовая, в кузове которой разместилось отделение моряков с винтовками, сопровождала нас до самого Потсдама. Когда Антон увидел дворец Цецилиенгоф, губы его скривились в сардонической улыбке. — Герр гауптман, – сказал он, – а вы знаете, что произойдет в этом дворце летом 1945 года? Я ответил ему, что я не могу знать то, что произойдет почти через тридцать лет. И поинтересовался, что именно произошло. На что Антон, снова криво ухмыльнувшись, сказал, что в нынешней истории, возможно, все будет по-другому, и Германии не придется испить здесь до дна чашу унижения, которое горше неразбавленной цикуты. Ну, а потом… потом у меня была встреча тет-а-тет с его величеством кайзером. Вильгельм II внимательно прочитал записку Тирпица, которую я передал ему, потом пристально посмотрел на меня и тихо спросил: — Фридрих, адмирал Тирпиц пишет, что я полностью могу вам доверять, и что у вас есть для меня сообщение чрезвычайной важности. Я готов вас внимательно выслушать… |