Онлайн книга «Русские своих не бросают»
|
— «Второй» на приеме. – «Первым» у нас теперь именовали императора Николая Павловича. — Дмитрий Николаевич, срочные вести из Севастополя, – радист говорил спокойно, следовательно, ничего экстраординарного в Крыму не произошло. – Капитан Сан-Хуан на связи. Он хочет подробно доложить вам об обстановке. — Хорошо, я сейчас буду, – ответил я и, увидев настороженный взгляд Николая, успокоил его: – Ваше величество, позвольте мне на время отлучиться – на связи из Севастополя капитан Сан-Хуан, который подготовил доклад о том, что сейчас происходит в Крыму. — Дмитрий Николаевич, переговорите с капитаном Сан-Хуаном и сразу же возвращайтесь. – Мы с Василием Алексеевичем будем ждать вас, – император бросил лукавый взгляд на слегка обалдевшего от всего происходящего Перовского. Мы с генералом хотим знать, что сейчас происходит в Крыму и в Севастополе. И еще – не могли бы пригласить ко мне полковника Березина? — Так точно, ваше императорское величество, сразу после окончания беседы с капитаном Сан-Хуаном я вернусь сюда и подробно обо всем доложу. И подполковника – простите, полковника Березина захвачу с собой. Я направился к двери, бросив взгляд на императора. Тот откровенно наслаждался происходящим, наблюдая за Перовским, который, ничего не понимая, смотрел на царя. Интересно, как он отреагирует, когда услышит от Николая рассказ о нашем неожиданном появлении в этом мире? 11 (23) сентября 1854 года, утро. Севастополь. Район Казачьей бухты Майор Жан-Баптист де Жёнка, командир 3-го батальона 2-го полка зуавов Я брился у своей палатки, когда неожиданно услышал за своей спиной: — Commandant![19] Я резко обернулся и отсалютовал: — Здравия желаю, mon colonel![20] Полковник Клер, командир нашего полка, с ухмылкой посмотрел на мое наполовину намыленное лицо, небрежно ответил на мой салют и сказал: — Майор, вы, наверное, слышали, что русские вчера подло убили нашего генерала Боске и подстрелили генерала ростбифов… как там его… ага, Кордингтона… или Кодрингтона? Не важно. Кроме них, были убиты еще несколько наших и английских старших офицеров. Строительство батарей и других укреплений из-за этого практически прекратилось. Командование – наше и английское – сошлось во мнении, что русские злостно нарушили законы ведения войны. Зная полковника, я позволил себе вставить замечание: — Мой полковник, но ведь вы вчера утром сами отдали команду нашим метким стрелкам, чтобы они начали отстреливать русских офицеров. И вроде кое-кого они уже подстрелили. — Это так, майор. Но я, как вы помните, приказал этим особо не увлекаться – не только потому, что сие – нарушение вышеупомянутых законов, но потому, что был уверен – это может спровоцировать русских на ответные действия. И, как видите, я оказался прав. Но для нашего командования «quod licet Iovi, non licet bovi» – что дозволено Юпитеру, не дозволено быку. Тем более приказ тот исходил от убитого русскими Боске, которого генерал Канробер водрузил теперь – в переносном смысле, конечно – на свое знамя. Так что русских решили наказать на том самом участке, где был убит храбрец Боске. Наказывать будет ваш батальон – вы сами виноваты в том, что он так хорошо показал себя в сражении при Альме. — Слушаюсь, мой полковник! — Ночью мы подтянули на этот участок батарею двенадцатифунтовых «Наполеонов». Обстрел русских позиций начнется в девять утра и продолжится тридцать минут. Сразу после него я приказываю захватить вон ту высоту вместе с русскими укреплениями. Карту района высоты и известных нам укреплений вы получите чуть позже. Хочу вас обрадовать – по донесению разведки, русские не успели их достроить. Пленных можете не брать, кроме, конечно, офицеров. Ну, в общем, сами разберетесь – вы боевой офицер, и не мне вас учить. |