Онлайн книга «Спят курганы темные»
|
Я разрядил сначала один, потом второй ствол своего «карамультука» – калибр дроби был весьма несерьезным, но один из супостатов заорал, схватившись за лицо, и принялся кататься по земле – наверное, дробь угодила ему в глаз. Но рядом я услышал падение тела – и, обернувшись, разглядел Колумба, валяющегося на земле. В отличие от «кизяка», он не издал ни звука. Я подскочил к нему, бросив ставшую бесполезной двустволку. Он лишь прошептал: — Беги, я попробую их остановить. Но я схватил «сайгу» и сделал несколько выстрелов – уж не знаю, было ли это простым везением или Божьим провидением, но все четверо валялись без движения. Я повесил «сайгу» на ветку, подхватил Ореста, посадил его себе на спину и, как мог, быстро захромал вниз по склону, прочь от этого поганого места. Метров через триста меня вдруг повалили, скрутили, залепили рот клейкой лентой и куда-то повели. — Друга моего возьмите! – тихо попросил я. Если это наши, то возьмут, подумал я, а если не наши, то хуже не будет. Глаза мне не заклеивали и не завязывали, и при свете луны я увидел, что одеты были те, кто нас повязал, разномастно – кто в охотничьем, как и мы, а кто и просто в гражданском. Меня подвели к человеку, который показался мне смутно знакомым. Тот спросил: — Кто такие и откуда? — Из Марика, – устало ответил я и только хотел назвать свое имя, как голос моего оппонента неожиданно подобрел: — Не может быть! Грек? – назвал он меня по моему армейскому позывному. – Аня же сказала, что тебя «навозы» замели. А потом ей сообщили, что ты умер. Я с тех пор каждый вечер молюсь за упокой твоей души. — А я, видишь ли, живой. Но в аду я побывал – у «навозов» в гостях, в «библиотеке». — Весело живешь… А кого это ты нес? — Того же, кого и в первые два раза, – послышался слабый голос Ореста. – Здорово, Леший! 8 августа 2014 года. Донецк, больница № 15. Военврач Балдан Марина Кечиловна — Простите за беспокойство, госпожа доктор, не затруднит вас мне подсказать, где я могу найти госпожу Ариадну Гринько? – услышала я голос и поразилась классическому, даже, наверное, аристократическому выговору. Я обернулась и обомлела – молодой человек, которого я увидела, моим идеалом не был, но я сразу же почувствовала необыкновенное к нему влечение. И это несмотря на то, что был он в застиранной военной форме, явно с чужого плеча – ему она явно была великовата. Но она была свежевыглаженная, чистая, с погонами старшего лейтенанта. По наитию я спросила: — А вы случайно не поручик Фольмер? — Именно так, госпожа доктор, только теперь я старший лейтенант. Проще называть меня по имени – Андреем Ивановичем, а лучше просто Андреем. — Ада рассказывала мне о вас. Да, я ее подруга, зовут меня Марина. Я хирург. Он деликатно коснулся моей руки и поднес ее к губам, делая вид, что целует – я где-то читала, что именно так полагалось это делать. — Enchanté[56]. — Давайте я проведу вас к Аде. Я как раз туда и шла. Вообще-то я направлялась на обед, но планы мои в мгновение ока поменялись. Как хорошо, подумала я, что смуглая кожа не позволяет собеседнику видеть, когда ты краснеешь… Эх, не будь это Ада, я б уже взяла молодого человека в оборот, но я никогда не предам подругу. А вот мечтать мне никто не запрещал… — Андрюша, – закричала та, когда мы с Фольмером вошли в палату. |