Онлайн книга «Герой империи. Битва за время»
|
* * * 6 июля 1941 года, 16:00. Подмосковье, аэродром Кратово. Командир 212-го дбап Подполковник авиации Александр Евгеньевич Голованов. Если налегке «лебеди» приземлялись на аэродром Кратово строго вертикально, подобно дирижаблям, то с полной бомбовой нагрузкой на борту они были вынуждены взлетать как обычные самолеты, разбегаясь по взлетной полосе, которая на одном из лучших советских аэродромов была бетонированной и имела протяженность в два с половиной километра. Если верить словам товарища Илер Ота, этот режим взлета в имперских ВВС применялся редко, но все пилоты осваивали его в обязательном порядке. Все готово к вылету. Шесть «лебедей» загрузили тяжелыми фугасными бомбами калибра от пятисот килограмм до тонны, еще на три машины подвесили ротативные кассетные бомбы[24] и кассеты-корзины, снаряженные мелкими зажигательными бомбами и литровыми жестяными ампулами с жидкостью КС, а самый последний бомбардировщик нес агитационные бомбы[25], набитые листовками. Кстати, я видел эти листовки. Типичный образчик темноэйджеловской агитации. На одной стороне крупным готическим шрифтом по-немецки написано: «Берегитесь, мы идем!», на другой: «Вы все умрете!». И все. Хорошая приправа к уничтожающему все бомбовому удару, и в то же время злостное хулиганство, от которого товарища Мехлиса хватит удар. Ну а как же, ведь в этой листовке ничего не сказано о классовой борьбе и пролетарской солидарности, которую германские трудящиеся должны проявить по отношению к первому в мире государству рабочих и крестьян. Но так как местом для сброса агитматериалов предполагался центр Берлина (в котором отдельно взятый трудящийся мог появиться только случайно), то, думаю, это имперское хулиганство будет как раз к месту. Все власть имущие в нацистской Германии должны знать, что однажды мы придем в Германию и спросим с них за все мерзости по полной программе. А нынешняя бомбежка – это как обещание банкета и способ уничтожить как можно больше германских высокопоставленных чиновников, пока они еще не успели испугаться и попрятаться по углам. Ведь имперские бомбардировщики прежде не наносили ударов по территории Третьего Рейха и мало ли какие иллюзии могли возникнуть по этому поводу у нацистских бонз. Но вот – все дела закончены, бомбы подвешены; створки бомболюков бесшумно закрылись, едва слышно чавкнув замками, и товарищ Илер Ота зовет меня подняться в кабину головного «лебедя», у которого над тактическим номером «610» теперь было крупно выведено «Иосиф Сталин». Как я знаю, вчера, когда «лебеди» совершили посадку в Кратово, этой надписи еще не было. Остальные машины эскадрильи тоже обзавелись личными именами. Правда, мне подборка этих имен показалась странноватой. Из героев гражданской войны присутствовал только маршал Буденный, остальные же восемь машин носили имена древнерусских князей, царей, царских генералов, а также сказочных персонажей – таких как Алеша Попович, Добрыня Никитич и Илья Муромец. Нет, конечно, я не спорю, Александр Васильевич Суворов или Михаил Илларионович Кутузов были великими полководцами, как и Петр Великий, Александр Невский и Владимир Мономах – но что скажут на такую самодеятельность наши славные политработники? — Плевать на политработников, – ответила мне, товарищ Илер Ота, направляясь к лифтовой шахте, – социоинженеры говорят, что эти имена из вашей истории должны внушать страх врагам Империи и гордость вашим солдатам. Я лично выбирала их из предоставленного списка в соответствии с заслугами… |