Книга Герой империи. Битва за время, страница 69 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Сегодня перед нами стоит задача – нанести удар по центру Берлина, по той улице, где расположены все важнейшие вражеские министерства и ведомства; нужно это для того, чтобы сбить спесь с тамошних нацистских бонз и намекнуть им на тот конец, который в ждет их впереди. По-другому и быть не может, ведь каждый такой имперский тяжелый бомбардировщик способен поднять в воздух и донести до цели на сверхзвуковой скоростью и высоте около двадцати километров по семьдесят тонн бомб каждый. Как раз бомбовая нагрузка довоенного полка наших Ил-4 на дальний вылет.

Правда, надо признать, что для некоторых из известных нацистов после этого налета уже не будет никакого «потом», ибо бомбы, которые грузят в бомбоотсеки «лебедей», имеют самые крупные в СССР калибры: в тысячу и две тысячи килограмм. Такие пробивают многоэтажные здания насквозь вместе с фундаментами и взрываются уже после, заставляя конструкции дома складываться, будто это не многоэтажные строения из кирпича и бетона, а карточные домики. И только потом на руины обрушатся десятки тысяч мелких фосфорных и термитных зажигательных бомб. Конечно, с применением новых типов боеприпасов, которые только планируют производить наши завод, разрушительный эффект мог бы быть значительно выше, но к сожалению, для того, чтобы разработать и внедрить в производство новую бомбу, даже максимально близкую к нашему техническому уровню, может потребоваться не один месяц.

Хотя имперские бомбовозы предназначены исключительно для стратегических бомбардировок в глубоком тылу противника, они способны и к нанесению ударов по колоннам танков и пехоты противника. Я с удивлением узнал, что на счету «лебедей», уже имеются две танковые дивизии вермахта и одна мотопехотная дивизия СС, так что теперь Гитлеру придется формировать их заново. Такие потери вынудили вражеское командование отказаться от одновременного перемещения больших масс танков, и это резко уменьшило пробивную способность вражеских подвижных соединений и снизило темпы их продвижения вглубь советской территории. А это, по отзывам товарищей, воюющих на земле, стоило дорогого.

Разумеется, нас также гоняли бомбить колонны немецких танков и мотопехоты – в тщетной надежде хоть немного замедлить тевтонский натиск на восток, но мы и близко не подошли к решению этой задачи. Правда, такого разрушительного эффекта имперские бомбовозы в тот раз добивались, применяя свое умное высокотехнологическое оружие, которое к тому же оснащено мощной взрывчаткой. Но товарищ Илер Ота, которая стоит рядом со мной, говорит, что и с нашими бомбами они также способны добиться подобного успеха, но только в том случае, если вражескую колонну атакуют все десять имперских бомбардировщиков вместо одного. Такую концентрацию сил способна привлечь к себе только вражеская танковая дивизия, компактными колоннами перемещающаяся в лесном массиве или по горным ущельям, которые будут сковывать ее маневренность.

Товарищ Илер Ота объясняет мне, что и для чего делается, ну а я внутри себя совершаю важную работу, занимаясь переоценкой ценностей. В первую очередь я меняю свое отношение к самому слову «империя», а во-вторых – моя собеседница перед моим внутренним взором постепенно превращается из ужасного межпланетного чудовища в надежного боевого товарища, готового сражаться с нашим общим врагом в любой ситуации. И это главное. Как сказал товарищ Сталин – в итоге враг обязательно будет разбит, а победа останется за ними. Я знаю, что мы добились бы этого и без посторонней помощи, но теперь мы достигнем этого значительно быстрее и с значительно меньшими жертвами.