Книга Основано на реальных событиях, страница 57 – Алайна Салах

Влад делает паузу и просто смотрит, будто бы давая мне возможность вспомнить.

И я вспоминаю. То лето трехлетней давности было для нас действительно сложным. В июне я узнала, что снова беременна, а через месяц выяснилось, что и опять неудачно.

Той боли, которую я испытала в первый раз уже не было, зато отчаяния и страха – выше крыши. Если одна неудача могла быть случайностью, то вторая воспринималась как закономерность. По какой-то причине я могла забеременеть, но не была способна выносить и это, с большой вероятностью, еще не раз бы повторилось. А я не чувствовала в себе сил проходить через это вновь.

— Ты сказала, что надо быть дураком, чтобы отказаться от денег и карьеры, — продолжает Влад. – Почти слово в слово повторив слова Иванова. Показала прайс-лист о стоимости услуг суррогатной матери и сказала, что если мы хотим в будущем стать родителями, то нам потребуются большие деньги. И что наша квартира со временем станет тесной, потому что ребенку нужна будет своя комната. Ты много плакала, и я конечно не мог оставить тебя в этой неопределенности. В тот момент я готов был отдать все, лишь бы помочь тебе вернуться.

Я слушаю его в онемении, пока перед глазами плывут кадры из прошлого. Я сижу на горчичного цвета диване, занимающего половину гостиной, со слезами обрисовывая Владу план наших будущих финансовых затрат. Помню, в тот момент я так сильно злилась, что он вообще способен сомневаться в том, стоит ли принимать то предложение. За четыре года я трижды переходила из фирмы в фирму, потому что меня не устраивала зарплата. А на него высокооплачиваемая вакансия фактически обрушилась с неба. Надо быть идиотом, чтобы не использовать этот шанс.

— Не думай, что я виню тебя. Думаю, на тот момент я принял единственно верное решение. Да и в новую квартиру мы все же переехали. Но как результат, я полностью выгорел. Каждое утро вставать, напяливать белую рубашку и тащиться в офис, чтобы заниматься тем, от чего меня тошнит… Все перестало приносить удовольствие. Даже не знаю, с чем это сравнить… Как будто трижды в день из года в год вместо еды жуешь бумагу. Понятия не имел, что так бывает. Когда мир вокруг по-прежнему цветной, а ты видишь его черно-белым.

— Ты же мог уволиться, — растерянно роняю я, полностью обескураженная таким признанием. От этого разговора я ждала чего угодно: от объяснения, что с годами пары всегда утрачивают страсть, до обвинений, что это я изменилась… Но точно не этого.

— Контракт ведь на три года. Я уже вписался и не мог подвести людей. А уйти раньше срока означало выплатить огромную неустойку. Я вроде тебе об этом говорил.

— Но почему ты со мной не поделился? Когда я спрашивала, что не так?

— Я не знаю. Возможно, я не был уверен, что ты поймешь. Сегодня ты снова повторила, что надо быть дураком, чтобы отказаться от такой должности. А у любого мужчины есть амбиции состояться финансово. Ты дала понять, что для тебя это тоже важно, и я не мог просто вывалить, как мне было хреново. Ты привыкла на меня полагаться и это тоже давило.

Влад тихо смеется.

— И все равно, каких слов ни подбери, звучит как обвинение. На самом деле проблема в другом. Я долгое время был уверен, что для счастья мне достаточно делать тебя счастливой. Я хотел этого с самого первого дня, как увидел тебя в том кафе. Но как только я потерял ресурс, даже это утратило значение. Я видел, что не даю тебе того, к чему ты привыкла, но ничего не мог сделать. У меня не было ни сил, ни, что самое паршивое, желания. Я был в жестком минусе и где-то даже злился на тебя за то, что ты требуешь от меня обратного. Ждешь доказательств, что между нами все как раньше, и хочешь предельной ясности, тогда как я сам себя с трудом понимаю.