Онлайн книга «Конфидент»
|
Пятый. Бергер и Волховский скрылись за поворотом. Между ними и основной группой образовался большой разрыв. Третьим шёл ещё один человек князя, следом кирасир из нашей артели. Господин в синем сюртуке держался рядом с ними и время от времени пытался оттеснить кирасира на худшую колею. Я начал понимать, что его манера езды не имела ко мне никакого отношения. Он со всеми обходился одинаково. На очередном повороте кирасир всё-таки уступил. Синий прошёл по внутренней части дороги, заставив его резко осадить лошадь. Наш человек потерял ход и выругался ему вслед. Я пролетел мимо. Кирасир обернулся, узнал меня и, тяжело дыша, прокричал: — Держись левой колеи! Справа песок! Теперь впереди меня оставались трое. Сейчас я понимал, о чём говорил Бергер. Веста была полна сил и рвалась вперёд, в то время как жеребцы остальных находились на последнем издыхании. На спине у лошади выступил пот, но ход оставался ровным. Я погладил Весту вожжами по крупу и позволил ей бежать быстрее. Четвёртый. Четвёртый, разрази меня гром! Но, если ещё немного постараться… Я почувствовал, как меня охватывает азарт. Дорога пошла под небольшой уклон. Впереди показалась спина человека в синем сюртуке. Он тоже увидел меня — оглянулся, затем снова сосредоточился на дороге. Мы приближались к длинному плавному повороту. Слева стояли деревья, справа тянулась обочина, за которой начинался заросший травой откос. Места хватало, но хорошая колея оставалась только одна — ближе к середине. Синий держался в ней. Я начал обходить его слева. Веста постепенно поравнялась с его лошадью. Господин бросил на меня быстрый взгляд и принялся смещаться, вынуждая уйти к деревьям. На этот раз придерживать лошадь я не стал. Расстояние между колёсами стало быстро сокращаться. Ещё немного — и они сцепятся. Тогда полетим оба, причём неизвестно, кому при этом повезёт больше… — Назад! — крикнул синий сюртук. Да сейчас! Разбежался! Я натянул левую вожжу ровно настолько, чтобы Веста продолжала держать край колеи. Господин снова дёрнул свои дрожки в мою сторону. Я видел его лицо — красное, напряжённое, с оскаленными зубами. Он рассчитывал, что я испугаюсь и уступлю, как в прошлый раз. Не дождёшься! До деревьев оставалось несколько аршин. Я мог осадить Весту или принять левее и рискнуть колесом… Но вместо этого чуть отпустил вожжи. Кобыла прибавила. Наши колёса едва не соприкоснулись. Несколько мгновений мы шли рядом. Потом голова Весты оказалась впереди, следом — грудь, постромки, колесо… Синий понял, что вытеснить меня не получилось, и рванул вожжи, пытаясь вернуться на середину дороги. Слишком резко. Его лошадь шарахнулась вправо. Одно колесо сошло с твёрдой колеи на мягкую обочину, провалилось почти до ступицы и резко остановилось. Дрожки развернуло поперёк дороги. Я успел увидеть, как господина выбросило с сиденья. Он взмахнул руками и исчез в высокой траве. Дрожки перевернулись, лошадь оборвала постромки и понеслась дальше одна. Останавливаться я не стал. Позади ехали ещё четверо, а на ближайшем перекрёстке дежурили люди обеих артелей. Помощи ему хватит. Если, конечно, после такого полёта ещё будет кому помогать… Впрочем, жалеть его мне было некогда. Веста прошла поворот и вынесла меня на прямую. Третий. Впереди оставались Бергер и Волховский. До них было далеко. Оба экипажа то появлялись между деревьями, то снова пропадали за поворотами. Догнать их я уже не рассчитывал, однако сбавлять ход не собирался. Слишком хорошо кобыла почувствовала дорогу, да и я, наконец, перестал ждать, что дрожки развалятся подо мной на каждом ухабе. Об охватившем меня азарте и говорить было нечего. |