Онлайн книга «Сама дура виновата»
|
Конечно, с кем-то по-настоящему родным все приятнее — и массаж, и фильм, и прогулка, и настольные игры, и даже ругань. Не говоря уж о сексе. Но можно гулять и с друзьями, а в настолки играть с незнакомцами, все равно будет интересно и весело. И в обратную сторону тоже зря: найдешь хороший секс и сразу думаешь, что это настоящая любовь. А ведь гармония в постели вообще никак не связана с гармонией в других областях. У меня же были куда более консервативные взгляды. Нет, я не считала, что секс — только по глубокой любви. Так ведь можно на всю жизнь девственницей остаться — вдруг любовь с тобой так и не случится? Но все равно думала, что это куда более интимная вещь, чем посмотреть вместе кино. Даже держась за ручку. Правда, с Егором был косяк. С одной стороны — разве можно полюбить человека только за тело? Нет, это недостойно духовно богатой девы! Но секс! Но такой секс! Без любви можно, выходит? — Ты себе будешь покупать что-то? — спросила Элка из-под вороха шмоток, которые волокла к примерочной. — Мы, вообще-то, тут тебя утешаем! Надо же, а я не заметила. — Ботинки куплю, — решила я. — Осенние, покрепче. — Какие ботинки, Дарина! Помнишь, что я говорила про «маячки»? Оденься женщиной, здорово же получилось с чулками. У тебя же сплошные монашеские юбки и джинсы, которые кричат — «я не такая»! — А я такая? — Шлюший период! — напомнила Элка строго и быстро добавила: — Для поиска настоящей любви. Вот смотри, какое платье, и твой размер есть. Я в сомнениях посмотрела на трикотажное платье, которое грозило бессовестно обтянуть все мои выпуклости. Порнографически обтянуть. — Я в нем буду как сосиска в целлофане, — вздохнула я. — Оно черное, — заметила Элка. — Классика же. Черное стройнит. — Сосиска в траурном целлофане, — поправилась я, снимая платье с вешалки. У него был V-образный вырез — как раз такой, как советовали девушкам моей комплекции с грудью. И разрезы по бокам, которые должны были стройнить. Как будто дизайнер не просто сшил чехол на танк, как обычно делают для девушек «плюс сайз», а еще немного почитал литературы по профессии. Пока я колебалась, моя коварная подруга ловко поймала нужный такт колебаний — и затолкнула меня в примерочную кабинку. Ну ладно, я быстренько удостоверюсь, что ужасно в нем выгляжу — и на свободу. Но платье оказалось еще коварнее подруги — и село на меня идеально. Очень подло с его стороны. Даже лампы над зеркалом, списанные из морга из-за избыточно генерируемой мрачности, не смогли испортить впечатления. Тем более, что взгляд на себя в зеркало всколыхнул во мне воспоминания об отражении в другом зеркале, где мое тело обхватывали загорелые мускулистые руки, а хриплый голос шептал сладкое и непристойное. Если бы эти руки легли на мои бедра в этом платье, одна из них скользнула бы в разрез на бедре и обнаружила бы там кружевную резинку чулок… Я вдохнула поглубже — воздуха резко стало не хватать. Вот бы Егор увидел меня в нем… — Берешь? — Элка бесцеремонно дернула занавеску. — У-у-у-у-у! Охренеть! Берешь! Пошлешь ему свою фотку в этом — сам назад прибежит! Но ты откажешь, потому что тебя уже увезет в гарем арабский принц! — Конечно, арабы толстых любят, — фыркнула я, но на бирку глянула. Ого-го-гошеньки! Половина зарплаты! |