Онлайн книга «Сама дура виновата»
|
Вот на кой хрен я вывалила ей все, что у нас с Егором было — этот вопрос занимал меня теперь гораздо больше. Надо было изначально занять ту же позицию, что и Базиль — загадочной и молчаливой соседки. Не факт, что у меня бы получилось, но вдруг! Сейчас бы никто мозг не ел. — Не знаю, — расстроенно сказала я. — Между нами что-то такое было… особенное. Открытость какая-то. Я и подумала… — Мама мне говорила: «Мужу-псу не показывай жопу всю», — скрипучим голосом, изображая, видимо, маму, сообщила Элка. — Мама зря не скажет. Кто там твой Егор по китайскому гороскопу? — Ээээ… — я затруднилась. — Ему двадцать пять. Девяносто седьмой — это какой? — Дракона? — Неуверенно предположила Элка. Эзотерики из нас с ней были, конечно, аховые. — Мужу-дракону не показывай корону… — Нет, Бык, он Бык! — я быстренько погуглила. — Мужу-быку не показывай… Мы напряженно уставились друг на друга. Элка даже отвлеклась от выбора между розовым и персиковым пиджаком. Я, разумеется, как нормальная филологиня, всю юность сочиняла стихи, но тут меня народное творчество подкосило. — Мужику-быку не дай прикоснуться к жирку! — первой сообразила зараза-Элка. Я вздохнула, сняла с себя воображаемую корону мастера слова нашей квартиры и водрузила ей на голову. — Просто подумала, что он может понять меня по-настоящему, — призналась я, когда мы отсмеялись. — По-настоящему тебя могут понять только подруги и мама, — отрезала Элка. — А мужики твоих недостатков не заметят, пока сама им об этом не скажешь. Нытье точно никого сексуальнее не делает. — Думаешь, он поэтому так быстро уехал? — вдруг озарило меня. — И не было никакого «Сапсана»? Поэтому и не разрешил его проводить? Элка, увлеченно вертящая вешалки со свитерами и блузками, как будто не услышала последнюю фразу. — Эл! — я остановилась и не пошла за ней. Она уходила все дальше и дальше, оставляя позади отринутые кашемировые и шелковые сокровища, а я будто примерзла к мраморному полу цвета растрескавшегося льда. — Эл, я сама все испортила, да? — спросила я обреченно и тихо. Но она меня услышала. Остановилась, полуобернувшись, и ждала, пока я наконец соберу в совочек осколки своего сердца и доползу до нее. Вздохнула, сняла с ближайшей вешалки первый попавшийся свитер и махнула им, как флагом, обозначая конец одной эпохи и начало другой. — Давай смотреть на ситуацию оптимистично, — предложила она. — Зато он снял с тебя венец бестраханья! — Что снял?! — Это как венец безбрачия, только… — Я поняла! — Ты теперь не боишься незнакомых мужиков и секса. Начинается запоздалый шлюший период. Можешь отправиться в загул! — Не хочу в загул, — заупрямилась я. — Для поисков настоящей любви шлюший период тоже полезная штука, — успокоила меня Элка. — Ты же не собираешься влюбляться на всю жизнь и выходить замуж, не проверив, что там у твоего принца между ног? — У настоящего принца между ног конь, — мрачно парировала я. Наши споры на тему настоящей любви насчитывали уже километры и килограммы переписки в «телеге» и гигалитры чая и вина, выпитые на кухне. Элка считала, что секс зря привязали к любви. Это просто обычное человеческое удовольствие, как, скажем, массаж или хорошая беседа. Никто ведь не считает, что обсудить новый фильм можно только с тем, кого любишь всем сердцем? |