Книга Слишком хорошая няня, страница 90 – Ашира Хаан

Не слишком. Не слишком!

Только радость не может длиться вечно. Иначе было бы скучно, не правда ли?

Позволив нам от души насладиться праздником, темная туча наползает на полянку с розовыми единорогами уже на второй день января.

— Лара… — пробивается сквозь сонную негу, из которой так не хочется выползать. — Ла-а-ра-а-а-а…

— М-м-м-м…

Под одеялом на моей коже — нежные руки, невесомые поцелуи щекочут шею.

Глаз не открываю.

Не хочу.

Две бессонных ночи подряд и много-много сладких ласк.

Я пюрешечка. Со сливками и мускатным орехом. Оставьте меня лежать на тарелочке.

— Открывай глаза, счастье мое, — низкий шепот на ухо.

— Не хочу-у-у-у-у… — переворачиваюсь на живот, тыкаюсь в разные стороны, нахожу ту, где рядом горячее тело и ползу туда.

Утыкаюсь носом в подмышку, закидываю ногу на бедро Александру и продолжаю сопеть.

— Ленивая принцесса… — с нежностью говорит он, зарываясь пальцами в мои кудряшки. — Но вставать надо. Скоро проснется Дина, и нам влетит!

— Ну и пусть… — бормочу я сонно.

— А как же психологическая травма для ребенка? Шок? Проблемы с доверием?

— Ничего не знаю, — я подтаскиваю к себе одеяло и накрываюсь с головой, не забывая обнимать Александра.

— Так мне же влетит, не тебе! — сообщает он, стаскивая одеяло обратно.

— Ага!

Александр тяжело вздыхает, подхватывает меня и затаскивает к себе на колени. Осторожно убирает с лица пряди волос, скользит губами по виску и целует в уголок рта.

— Что ты хочешь взамен? — спрашивает он. — Хочешь, кофе сварю? Круассаны закажу? Могу попробовать сделать тосты с авокадо, как ты любишь. Все, что угодно, прежде чем Дина проснется и обнаружит, что мы ее не слушаемся.

— М-м-м-м… — приоткрываю глаза и смотрю ему в лицо.

Любуюсь непривычной мягкостью черт и полуулыбкой.

— Нам сегодня на елку идти… — начинаю я издалека. — К двенадцати…

— Так тем более нужно вставать, пока вы платье выберете, пока поедите… Ну что ты хочешь?

— Отведи ее сам на елку! — я переворачиваюсь и висну у него на шее, покрывая поцелуями небритую щеку.

— А ты?

— Я пока к бабушке съезжу поздравить, а потом сразу вернусь!

— Обещаешь?

— А ты согласен? — я аж привстаю, потому что, конечно, даже не предполагала, что Александр согласится сам! один! вместо меня! отвести Дину на елку.

— Ну как я могу отказать красивой голой женщине в моей постели?.. — урчит он куда-то мне в шею, вовсе не собираясь вставать, даже наоборот…

— Эй, сейчас Дина все-таки проснется! — тяну его за волосы, чтобы посмотреть в прекрасные и наглые светлые глаза.

Мы все-таки встаем — кофе варю я! — и принимаем приличный вид до того, как Дина врывается на кухню и начинает требовать блинчиков с ананасовым джемом, потому что их захотел заяц Ой.

— Он сроду не пробовал ананасовый джем, как он может его хотеть? — сомневаюсь я.

— Вот и хочет попробовать! — отрезает она, и ответить на это нечего.

Услышав, что на елку ее поведет папа, Дина так радуется, что я бросаю на Александра укоризненный взгляд. Давно надо было догадаться, что она хочет проводить с ним больше времени.

Зато в честь такого праздника наряд она выбирает мгновенно и только слегка капризничает, пока я делаю ей прическу. Машу вслед «роллс-ройсу», увозящему отца с дочерью и отправляюсь отдавать свои родственные долги.

Бабушка быстро клюет меня поцелуем в щеку, распаковывает наборы чаев, палантин и духи, сдержанно им радуется и тут же приступает к пересказу сплетен. Алевтина Николаевна, оказывается, уже завела в пансионате ухажера! А вот самой бабушке никто не нравится, все слишком старые, поэтому она флиртует с докторами, но не забывает держать ушки на макушке и следить, кто из остальных обитателей с кем чаще гуляет по маленькому сосновому бору на территории и садится рядом в столовой.