Книга Ириска на двоих, страница 47 – Ашира Хаан

— Слушай, я вообще секс не очень люблю… – признаюсь я честно. – Наверное, я фригидная. А раздвигать ноги в благодарность как-то не хочется. Вы мне свою помощь фактически навязали, не понимаю, почему я должна…

— Шшшш… – Димка кладет пальцы на мои губы. – Ты чего завелась? Никто от тебя не требует расплачиваться ни так, ни как-то еще, ты что?

— Прости… – бормочу я, глядя в сторону. – Всякое бывало.

— Мне казалось, тебе понравилось тогда утром? – он поглаживает пальцами мою шею и хочется мурлыкать, но это значит подавать ему надежды, которые я подавать не хочу.

— Я кончила. – аккуратно уточняю.

— Ты хотела продолжения? – догадывается он. Точнее – не догадывается. Потому что именно продолжения я и не хотела.

— Блин… – я откидываю голову на спинку кресла. – Слушай, вы с Марком так лихо поняли, что происходит с Дэном, почему сейчас так сложно объяснить? Мне просто не очень нравится секс, вот и все.

— Ты так кончала в моих руках, просто мрррр, – жмурится Димка. – Никакая ты не фригидная.

Я вздыхаю. Надо было соврать.

Мужчинам всегда лучше врать.

Что они прекрасны в постели. Что тебе очень срочно надо к больной бабушке, а так бы осталась. Что ты влюблена в другого и будешь вечно хранить ему верность.

Конкретно с этим еще хорошо сработает «только после свадьбы», я уверена. Он не похож на того, кто рвется остепеняться.

К счастью, в этот момент у него звонит телефон, и мне не надо срочно придумывать, как вырулить из этой ситуации.

На экране фото Марка, и Димка со вздохом нажимает кнопку ответа:

— Ах, черт… Да? – он заводит машину, еще раз быстрым движением гладит меня пальцами по шее и зажав телефон плечом, выруливает с маленького пятачка стоянки. – Едем уже, не психуй. По разговорам ты у нас, вот и поболтаете.

Мы поднимаемся в квартиру и четыре лестничных перелета для меня такой себе walk of shame. Дорога позора. Психованная истеричка возвращается домой. На щите и без славы, разумеется. Наоборот, теперь мне еще больше хочется плакать. Забиться в угол, спрятаться в шкаф и просить: «Оставьте меня в покое, я вас не звала в свою жизнь, я просто хотела побыть одна там, где мне хорошо!»

Я не знаю, сколько лет эти двое дружат, но что они давно научились обходиться без слов, уже понятно. Марк открывает нам дверь и они обмениваются всего парой долгих взглядов. Наверное, их даже можно перевести на язык слов. Это будет довольно экспрессивный диалог, потому что Марк хмурится и приобнимает меня за плечи, а Димка уходит в спальню и так аккуратно закрывает дверь, что становится понятно – хотел хлопнуть.

Я остановилась посреди комнаты, настороженно глядя на Марка. Сейчас будут душеспасительные беседы? Меня будут убеждать и склонять? Как обычно – он ведь это умеет – аккуратно перетаскивать на другую сторону, так чтобы я даже не поняла, что со всем уже согласна?

— Будешь вино? – спросил Марк. – Испанское или итальянское? Я купил еще оливок с разными начинками, в том магазине их видов тридцать. С кориандром не советую.

— Буду.

И никаких бесед.

Мы просто сидели на террасе в тишине настолько полной, что было слышно шелест волн в полукилометре от нас. Когда карантин закончится, я буду скучать по этим тихим ночам.

Если. Если он закончится.

Вино было легким, чуть кисловатым, но очень нетребовательным. Если бы я разбиралась, я бы нашла там горький шоколад, ваниль, еще какую-нибудь ересь типа сливового варенья, так удивляющего меня в описаниях на винных сайтах. Но – увы.