Книга После него, страница 105 – Ашира Хаан

Если только…

Он это сделал еще до того, как я сошла с корабля!

Он был так уверен, что я снова буду с ним…

— И что — ты передумал лететь? — возмутилась я.

— Нет, наоборот. Взял билет на ближайший рейс.

Тимур коротко сжал меня в объятиях. Коротко, но очень сильно, так что на мгновение перехватило дыхание. Но тут же выпустил, и я снова прижалась к нему всем телом.

— Но опоздал? — спросила я, уже зная ответ.

— Но опоздал.

За то время, что мы провели вместе на круизном лайнере я научилась видеть в проявившихся морщинках на лбу, в напряженных мышцах, в резко сжатой челюсти то, о чем он не говорил вслух.

Отчаяние. Ярость.

Твердо принятое решение.

Видеть так ясно, будто кто-то подарил мне полную инструкцию по Тимуру Сафарову и заставил выучить наизусть.

— Как же ты узнал, когда я прилетаю в Москву?

— Твой бывший муж заказал два билета из Стамбула через корпоративного секретаря. Одновременно с отменой моего рейса.

— Дурак…

— Ну почему? — пожал плечами Тимур. — Напоследок воспользовался возможностями своего положения.

— Чтобы сэкономить? Тогда почему он не взял бизнес? — возмутилась я.

Если все равно платит компания, можно было не заставлять меня сидеть рядом с туалетом в тесном кресле в окружении орущих детей?

Тимур криво усмехнулся:

— Да я вообще глубоко разочарован в Брусницыне. Он выглядел надежным человеком с блестящим умом и умением решать проблемы. Умело производил впечатление. Оказалось — поскреби немного, покажется какой-то жлоб и нищеброд. Которому, к сожалению, очень повезло с женой.

Последние слова он мурлыкнул своим бархатным голосом мне на ухо, и я ощутила волну тепла, прокатившуюся по телу. Она согрела меня изнутри, добравшись даже до пальчиков ног, которые разминал Тимур.

— Ага… — я зарылась лицом ему в шею, смущенная и счастливая. Но тут же вынырнула и запустила пальцы в его волосы, оттягивая голову. — Вот когда ты так строго говоришь о нем: «Брусницын!», я дергаюсь. Как будто на меня ругаешься! Это ведь и моя фамилия тоже.

— Об этом мы еще поговорим… — сощурил темные глаза Тимур. — Давай закончим про Веру. Какие у тебя вопросы?

— Давай! — я отклонилась, ловя его взгляд. — Это правда, что ты в нее безответно влюблен и решил со мной переспать, чтобы отомстить Максиму за то, что он начал с ней встречаться?

Я думала — это будет самый жуткий вопрос в моей жизни. Сравнимый с «давай разведемся?», который я задала Максиму.

Но выпалив его, я вдруг почувствовала такое облегчение, словно все заботы и беды уже кончились. Все стало хорошо — просто потому, что самое страшное уже высказано вслух.

Как со страшным сном — если его рассказать кому-нибудь, он теряет над тобой власть и точно не сбудется.

А еще…

Тимур был такой красивый!

Эта его твердая линия челюсти с тенью щетины, которую я, не удержавшись, потрогала пальцами, эти его глаза, очерченные чернотой ресниц, эта болотная глубина радужки с колдовским полумраком в тенистом лесу…

И эти губы, притяжению которых я больше не могла сопротивляться.

Я приникла к ним, выпивая терпкость и пряность дыхания. Упругие, твердые, сладко-горькие, вкусные до невероятности…

Я по ним так скучала.

— Агата… — выдохнул Тимур, когда поцелуй растворился в рваном дыхании и суматошном биении сердец.

Выдохнул — и у меня закружилась голова от его близости, и от нежности, которой окутывал меня его взгляд.