Книга Темная половина, страница 92 – Ашира Хаан

Я делаю всего одно крошечное, почти незаметное движение, которое стоит мне такую капельку воли, что почти не приходится бороться.

И мои губы встречаются с губами Макса.

Он этого не ожидал.

Настолько не ожидал, что желание продолжать говорить резко пропадает.

И вообще в голове вдруг стало снова легко и чисто. Только дышать по-прежнему было тяжело.

Не то, чтобы мне этого хотелось, но я обвила руками шею Макса и углубила поцелуй.

А что он так удобно стоит? А что он меня гипнотизировал? Мне не нравится!

А теперь я его поцеловала и он почему-то так опешил, что туман в голове резко всосался в незримые форсунки и с каждой секундой я все острее понимала, во что чуть было не вляпалась. И все сильнее злилась.

А он нет. Он наоборот, почему-то обмякал в моих руках, прижимался ближе, гладил ладонями по лицу, и даже кольца уже казались не такими холодными.

Эй, парень, ты же вампир, с тобой все в порядке? Но я была настолько зла на него, что под конец остро и больно укусила его за губу и тогда уже оттолкнула.

Привкус тягучей сладкой вампирской крови заполнил рот, заставляя желать большего. Заставляя желать. Но не этого гипнотизера-неудачника.

Я облизала губы.

Макс смотрел на меня с оторопью и почти страхом и одной рукой все время пытался оттянуть ворот водолазки, как будто она его душила.

Больше всего мне хотелось бросить все к черту, найти Люция, запереть его в спальне и наконец по-человечески трахнуть. Но все-таки оставались кое-какие незаконченные дела.

— Что делает кольцо? — я присела на корточки перед лежащим на влажной земле Максом. Он выглядел едва-едва старшеклассником, играющим то ли в гота, то ли в Стива Джобса, слишком худым, слишком сутулым и уже без всякого мрачного флера.

— Контролирует новорожденного вампира. Ограничивает силу. Лишает…

Он произнес странное слово, которое я не поняла.

— Лишает чего?

— Мощи… права… — он как будто искал более точный перевод. — …способности менять мир.

Опаньки.

У меня появились новые вопросы. Но задам я их кому-нибудь другому, несите нового вампира, этот кончился.

— А чего ты так поцелуя испугался? — решила я уточнить напоследок.

— Ты…

Он подобрался и сел на колени. Мы были как два идиота, сидящих на земле рядом со скамейкой. Молодцы.

— Ты целуешь как вампир.

Опаньки-2.

— Поцелуй меня еще раз… — попросил он.

— Да иди ты нахуй! — со всем пролетарским чувством сказала я, встала, едва удержавшись, чтобы его не пнуть и отправилась искать Люция.

У меня были богатые планы.

Первым делом я вернулась на террасу и не обнаружила там ни Люция, ни Эшера. Только легкие кисейные занавеси реяли на ночном ветру белыми флагами. Да немного обиженно гудел оставшимися струнами при каждом шаге по паркету разбитый в хлам рояль. Отлично обсудили Апреля, я смотрю. Почти так же удачно все прошло, как у нас с Максом.

Я поспешила вниз, но ни на кухне, ни в гостиной никого не обнаружила. Не горели ни лампы, ни свечи, ничьи тени не встречались мне в пустых коридорах. Дом вымер — или затаился. И еще — так поразивших меня в прошлый раз декоративных букетов цветов тоже не было. Я могла бы сделать какой-нибудь глубокомысленный вывод, если бы получше знала Улю. Но мы как-то не успели подружиться.

Где находились комнаты Эшера, я не знала, но решила сначала довериться логике. Логика меня редко подводила, а вот люди да. Так что я вздохнула и вернулась в свою комнату. Чемодан Люция пропал. Один — ноль в пользу логики.