Книга Темная половина, страница 88 – Ашира Хаан

— Добро пожаловать домой, — как-то очень доброжелательно и легко сказал он и даже улыбнулся. И слегка поклонился. — Давай провожу до комнаты, тут сейчас немного суетно.

И протянул руку.

Я вложила в нее свою, вновь пытаясь разобраться, как же правильно по этикету выходить из машины, а не вылезать, но на середине процесса вспомнила про Люция и все усилия пошли насмарку.

Я обернулась — Люций по-прежнему полулежал на сиденье, глядя в потолок лимузина и вид у него был скучающий. А у меня не было даже метки, чтобы понять — все идет по плану? Или все пропало и надо паниковать? А может, пора прощаться навсегда? Эшер слегка потянул меня за руку и пришлось подчиниться. Один из незнакомых вампиров в черном вытащил из багажника наши чемоданы и унес в дом, а меня почти нежно обняли за талию и повели очень-очень медленно, так что я успела оглядеться.

— Что происходит? — спросила я полушепотом.

Эшер меня проигнорировал. Довел до лестницы, пропустил вперед таким галантным жестом, что мне захотелось подобрать воображаемые юбки и даже проводил к комнате. Я и правда вряд ли бы ее нашла, столько всего случилось… Но обстановка — довольно спартанская — с двуспальной, но не слишком широкой кроватью, с бежевыми занавесочками и единственным стулом, осталась прежней. Оба чемодана, мой и Люция уже были здесь. А разве его вещи не надо отнести в его комнату? Эшер вежливо улыбнулся и закрывая дверь, сказал:

— Не волнуйся, я знаю, что ты не при чем.

И в двери щелкнул замок.

Я вообще всегда, когда мне говорят не волноваться, сразу перестаю. И когда говорят «да брось, ерунда», сразу бросаю. И когда советуют не париться — перестаю. А уж когда советуют депрессию лечить хорошим настроением, тут же начинаю улыбаться и все проходит. А что, у других как-то не так?

Поэтому я немедленно перестала. Волноваться. Только примерно раз двести подергала дверную ручку, отодвинула занавески и обнаружила за ними алюминиевые жалюзи, закрытые с внешней стороны окна, простучала все стены в поисках тайной двери, немного покричала, попинала дверь, шарахнула стулом об стену и только когда утомилась, села на пол рядом со своим чемоданом и решила все-таки действительно не волноваться. А вдруг обойдется?

У меня зародилось нехорошее такое подозрение, что вся эта суета как-то связана с Люцием. Частично потому, что все странные вещи в моей жизни с некоторых пор связаны с Люцием, а частично… интуиция, что ли? Или то, что его вещи принесли ко мне. Как будто у него нет своей комнаты. Или она ему больше не понадобится.

Если как следует подумать, исключив из уравнения всю сложную кучу моих чувств к вампиру, то ничего хорошего мне без него здесь не светит. Или сожрут, или тоже начнут играть. Обратят ли? А черт их знает, какая тут политика, может быть, квоту на этот год уже выбрали. Да еще и мы приволокли Чезаре.

И вот еще что.

Вернемся к исключенному.

К тому, что я чувствую. К вампиру. Садисту. Абьюзеру. Мудаку. Но это все про него.

А между прочим, еще есть я.

И я его люблю. Существо, которое вытащило меня из моей скучной жизни, исполнило мою мечту не умереть тихонько в старости от рака — ну, этот вариант мне уже кажется не светит. Показало мне такие глубины нашего сумасшедшего мира, о которых я даже не подозревала. И позволило пойти по этой дороге рядом.