Книга Вечные Пески. Том 11, страница 13 – Лео Сухов

И смотрел очень долго, честно ожидая ответа. «Ублюдок» молчал, то судорожно сжимая пальцы, будто мечтая меня удушить, то беспокойно оглядываясь назад.

— Я твой командующий! Меня назначили! — наконец, огрызнулся Ранагнис.

И в его голосе было столько детской обиды, что я невольно выгнул бровь и улыбнулся. Наша разница в возрасте была не слишком заметной. Вот только я давно вёл людей через грязь демонической войны, не требуя ни от кого помощи. А этот военачальник раскис после первого же ощутимого удара.

— Да не мой ты командующий… — спокойно отмахнулся я и указал на потрёпанных бойцов, вереницей тянущихся из города. — Вон твои подчинённые. Ими командуй, о них же и заботься. И заботься нормально. А я о своих сам позабочусь. А если не можешь без посторонней помощи сохранить людей и выполнить задание… Тогда, без обид, разворачивайся и иди обратно. Переправу тебе, думаю, быстро организуют.

Командующий, глядя на меня, разве что зубами не скрипел. А я подумал и всё-таки расщедрился на помощь. Правда, не ту, которую Ранагнис от меня требовал:

— Вот тебе бесплатный совет… Если твои шептуны не умеют ставить защитный купол, хотя бы не ночуй в открытом поле. Исключительно под прикрытием стен. Иначе останешься совсем без бойцов…

Последние слова обиженный командующий уже не слышал. Он развернул югла и с идеально ровной спиной направился к воротам. А следом за ним уехали другие всадники. Впрочем, похоже, то ли сам командующий, то ли кто-то из них совет-таки расслышал.

Мы следовали за союзным войском восемь дней. На северо-восток к Кесархашу. Дорога прямой стрелой шла между заброшенными полями, заросшими дикой травой по пояс.

Городки и деревни попадались нередко, но, ожидаемо, все пустые. Естественно, и припасов по складам толком не имелось. Если что и находилось, то давно сгнило и даже иухов не привлекало. Когда до привала было ещё далеко, мы просто пополняли запасы воды из колодцев.

А вот если близилось время привала, останавливались в городках. Союзники выставляли усиленные караулы на стенах, а мы по-прежнему накрывали лагерь куполом из чёрного песка. Это отнимало силы, но другого способа уберечь людей от ночных визитёров не было. Союзники, к слову, по-прежнему ночевали открыто, надеясь на стены и собственную удаль.

Между тем, атаки демонов шли каждую ночь. К счастью, чем дальше мы уходили от реки, тем меньше в темноте приходило врагов. А вот ближе к Кесархашу, скорее всего, ночные штурмы станут очень серьёзными.

Впрочем, шли мы всё-таки медленнее, чем изначально планировали. Союзники нередко покидали лагерь лишь к полудню. В то время как, чтобы успеть согласно плану, надо было выходить с утра.

И всё чаще бойцы объединённого войска косились на нас с видом: «А не дезертировать ли мне в наёмники?». Жаль, у них подобной возможности не было. Многие попали в войско по набору, когда власти сметали под копьё всех бедняков.

С каждым днём виды вокруг менялись сильнее и сильнее. Поля уступали место лесным посадкам: старым, неухоженным, с сухим подлеском. Почва становилась каменистой, местность мало-помалу повышалась. Воздух делался суше, ночи холоднее, а ветер — злее. Где-то впереди, за холмами, лежал Кесархаш. Мы всё больше удалялись от плодородных земель.

На восьмой день, ближе к полудню, впереди показались всадники. Пять бойцов в лёгкой броне, с ними — шептун в серой хламиде. Когда мы подъехали, люди из союзного отряда уже окружили их, расспрашивая. Я подъехал ближе, но ничего не расслышал. Пришлось ждать, когда Ранагнасис насытит своё любопытство.