Книга Год 1995-й. Русский Ренессанс, страница 2 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

К тому же «миротворцы», в голом виде выпнутые из окрестностей Сараева, рассказывают об имперских солдатах, разговаривающих на немецком языке и при каждом удобном случае прославлявших своего доброго кайзера, то есть меня. А это уже повод обеспокоиться Гельмуту Колю. Восточные земли все еще существуют на положении оккупированных территорий, гауляйтеров туда присылают с запада, а те озабочены только тем, как бы под разными благовидными предлогами сломать саму память о том, что когда-то существовала ГДР. Типичный европейский приемчик: сначала заманить людей в ловушку сладким враньем, а потом уже вешать, то есть подвергать экономическому удушению.

Если в мире девяносто второго года восточногерманская промышленность уже функционирует на полных оборотах (моей Метрополии, сколько товаров ни дай, все будет мало), и за счет встречных поставок продовольствия (эшелоны через железнодорожные переходы снуют туда-сюда, словно игла в руках опытной портнихи) население живет сыто в меру труда, усердия и талантов, то в девяносто четвертом году на восточных землях ФРГ царит настоящая депрессия. Чуть позже прием тотального разорения Западом повторит на территории бывшей советской Прибалтики, когда перед вступлением в ЕС под предлогом соблюдения «европейских норм» там заставят закрыть и распилить на металл всю существующую промышленность и, самое главное, ликвидировать Игналинскую АЭС. Хрен, мол, вам в рот, господа литовцы, а не доходы от экспорта дешевой электроэнергии.

Ничего из этого богатства, унаследованного маленькими, но гордыми народами от покойного СССР, хозяевам их националистических элит не нужно, а требуется предполье и стратегический плацдарм, с которого можно организовать вторжение в разваливающуюся Россию. Впрочем, этот прибалтийский вопрос мы тоже порешаем, только чуть позже, ибо русские люди, обращенные в неграждан, вопиют о самой размашистой и беспощадной карательной операции. Сделать все надо так, чтобы Лаврентии Павловичи, сколько их есть в доступных мне мирах, побросали все дела и помчались перенимать передовой опыт, как правильно и точно истреблять врагов советского народа, не задевая при этом непричастных и невиновных.

Помимо всего прочего, в мире девяносто второго года на территории бывшей ГДР массово клепают копии югоросской самозарядки «супермосин» и единые пулеметы под тот же патрон, которыми я в настоящий момент перевооружаю армии Багратиона и Велизария. Галактическое происхождение в подразделениях этих армий имеют только средства связи, защитная экипировка, парализаторы и магнитоимпульсное вооружение качественного усиления, а все прочее для большинства задач попросту излишне. Еще там же (по совету товарищей из танкового полка) я заказываю все необходимые войскам и населению Метрополии мыльно-рыльные принадлежности и множество других мелочей, нужных в повседневной жизни, в том числе и тиражи учебников, пособий и художественных книг. По мере переучивания девочек и женщин на русский язык и ликвидации безграмотности в каждом репродукционном центре необходимо создать библиотеки, из которых мои названные сестры и приемные дочери могли бы черпать разумное, доброе, вечное. Восточногерманская полиграфическая промышленность была одной из лучших на территории бывших соцстран, при этом работала и в интересах Советского Союза, так что было бы странно не загрузить ее работой на полную мощность. В этом мире повторить подобное вряд ли удастся, ибо много разобрано, разукомплектовано и разрушено, а инженерно-технический персонал утратил квалификацию. Впрочем, когда дойдут руки, мы на местную восточную Германию еще поглядим вблизи, а пока отложим этот вопрос в сторону.