Онлайн книга «Пятый подвиг Геракла»
|
Тягостная напряженность витала в воздухе. Дети украдкой взглядывали на мать, не решаясь потревожить её разговорами, и вяло ковырялись в своих тарелках. Горничная Катя, дебелая чернобровая деваха, подающая блюда, поддавшись общему настроению, старалась ступать тихо, ничем не звякая и не брякая. Даже домашний любимец терьер Ронни, кобель-двухлетка, своим тонким собачим чутьем уловив атмосферу всеобщей печали, забился в угол у камина и, посверкивая оттуда умными желтыми глазами, время от времени издавал тихое жалобное ворчание. В тишине, которую никто так и не решился нарушить, громко тикали настенные ходики, и звук это ещё больше усугублял безрадостную атмосферу. — Барыня, чай подавать? — шёпотом спросила Катя, когда поняла, что никто не собирается доедать свои порции. — Подавай, Катюша… — тихо ответила Камилла Альбертовна. Горничная убрала тарелки и блюда, и через некоторое время внесла в гостиную самовар. Мать семейства медленно помешивала в своей чашке сахар — три кусочка, как она любила. Сахар таял, растворялся в кипятке, пока не исчез. «Вот так же и нашему семейному счастью пришёл конец… — горестно подумала Камилла Альбертовна. — Да только кому от этого стало сладко? Кому понадобилось забирать моего Дмитрия Леонидовича? Где он нынче? Жив ли? Суждено ли нам свидеться?» Мысли её ходили по кругу. Ни о чём другом она думать не могла. — Маменька! — наконец тихо сказала Маша, наклонившись к уху матери. — Ну хватит так убиваться! Пока мы точно не узнаем, что с папенькой, право, нет никаких причин так страдать! Посмотри на Леню — ты пугаешь его! Ты выглядишь как вдова! Камилла Альбертовна взглянула на своего младшего сына. Он сидел, нахохлившись как замерзший воробушек, и даже веснушки на его лице словно бы поблекли. Рядом с его чашкой лежала слегка надкусанная баранка с маком — он их очень любил, и за чаем съедал две-три штуки. — Кушай баранку, сынок, — женщина постаралась улыбнуться. — Папенька же вернётся? — ответил мальчик, глядя на неё серьёзными карими глазами. — Конечно, вернётся! — наперебой принялись уверять его старшие братья и сестры. — А почему маменька тогда такая грустная? Почему на ней это чёрное платье? — Платье не чёрное, а коричневое, — сказала Анечка умиротворяющим тоном. — Нет, чёрное! Зачем ты его надела? Голос мальчика был неестественно звонкий. Глаза его подозрительно блестели. Все тут же принялись успокаивать его. — Ленечка, ну что ты выдумываешь? Все хорошо! Скоро мы получим весточку от папки… — Зачем ты надела это платье? — крикнул Леня и… зарыдал. Никто не ожидал от него такого, и все растерялись. Повскакали со своих мест и окружили мальчика. Камилла Альбертовна ловила на себе упрекающие взгляды старших детей. Она тоже поднялась со стула, подошла к сыну и стала гладить его по голове, приговаривая: «Ну сыночек, ну успокойся…» И только флегматичный тринадцатилетний крепыш Миша, что сидел рядом с Леней, спокойно ел пирожок и смотрел перед собой. Он-то, в отличие от сентиментального братца, был уверен, что папенька непременно вернётся. Уже завтра. Миша, в отличие от остальных, сразу поверил в то, что отца забрали «странные люди» в какую-то «странную дыру». Папенька понадобился им, потому что он очень умный! А люди эти — вовсе и не люди, а марсиане, как в книжках писателя Уэллса! И они умеют перемещаться куда захотят и забирать с особой кого им надо. Вот починит папенька им что-нибудь или начертит важную схему — и они его сразу отпустят. Ещё и наградят, пожалуй, чем-нибудь таким интересным, марсианским… |