Книга Год красного дракона, страница 89 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Так значит, мы тоже должны будем принести ему такую клятву? - барабаня виртуальными пальцами по виртуальному столу, спросил адмирал Ларионов.

— Я подобную клятву принесу с легкостью, - сказала милейшая Нина Викторовна. - Легко и приятно будет служить силе, которая во всех мирах и во все времена нацелена исключительно на соблюдение интересов России и внутри которой никто не злословит, не предает, не бьет в спину и не делит своих товарищей по сортам, в том числе на мужчин и женщин. А еще нас всех четверых вытащили из посмертия, только потому, что мы со своим уникальным счетверенным опытом понадобились товарищу Серегину, а вместе с ним и России. Таким обстоятельством нужно гордиться, а не скептически кривить губы.

— А я и горжусь, - сказал Виктор Сергеевич. - За Россию я бился в предыдущих жизнях, и буду биться дальше, пусть даже рядовым матросом. Так что я за. Присягу принимаем, службу несем, ибо такому и в самом деле служить не постыдно.

— И меня тоже запишите добровольцем, - сказал я. - тоже готов как пионер, по тем же соображениям, что и у Нины Викторовны и Виктора Сергеевича.

— Ну что же, - вздохнул Александр Тамбовцев, - раз все вы «за», то мне одному негоже быть «против», да и не хочется. Я тоже согласен служить хоть по госбезопасной, хоть по журналистской части. И если по первому вопросу квалифицированные специалисты у товарища Серегина, как я понял, имеются, по части связей с общественностью и прессой полный завал.

Мы переглянулись, кивнули, и в этот момент неодолимая сила потащила нас на поверхность бытия, ибо настало время просыпаться.

Восемьсот девяносто первый день в мире Содома, Полдень. Заброшенный город в Высоком Лесу, Башня Терпения

Бережной Вячеслав Николаевич

Проснувшись, я с удивлением обнаружил, что мое телесное состояние теперь описывается словами «крепкий старик», а не «дряхлая ветошь». Я сам вылез из ванны, с достоинством принял на плечи полотняный халат, после чего сам прошествовал туда, где две здоровенные обнаженные остроухие бабенции целый час месили мое тело будто ком теста.

Меня сразу предупредили, что если во время массажа мне захочется чего-нибудь по мужской части, то стесняться этого не нужно. Девушки исполнят со мной это хоть каждая по отдельности, хоть обе вместе, ибо родить ребеночка от героя иных миров для них большая честь, да и обожаемый Командир тоже будет только рад. И тут я еще раз удивился таким вольным порядкам, но, поскольку в чужой монастырь со своим уставом не ходят, не сказал по этому поводу ни слова, а, скинув с себя халат, покорно полез на массажный стол. Надо сказать, что желание у меня таки возникло, ибо массажистки были большие искусницы в своем деле, а вот с его исполнением ничего не получилось. Я даже немного расстроился, но меня успокоили, что я только начинаю свое возвращение к полноценной жизни, и что после следующих сеансов ванн все должно быть гораздо лучше.

После этих объяснений я как вежливый человек поблагодарил остроухих девушек за доставленное удовольствие и прошел в следующую комнату, где, сложенная стопкой на табуретке, меня ожидала полевая униформа примерно советско-российского образца, но с генерал-лейтенантскими петличными знаками различия РККА на тысяча девятьсот сорок первый год. Одевшись и натянув хромовые сапоги, я вдруг непроизвольно испытал чувство, что наконец-то оказался там, где мое настоящее место. В предыдущих своих воплощениях, попав из относительно тихого и спокойного двадцать первого века прямо на линию огня, я тоже чувствовал нечто подобное, но сейчас это ощущение было особенно острым.