Книга Год 1941 Священная война, страница 92 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Как доложила энергооболочка, 111-я дивизия, сформированная летом 1940 года по кадрированным штатам, имела в своем составе только три тысячи бойцов и командиров постоянного состава и получила пополнение до полной численности только в мае 1941 года за счет запасных, призванных на сборы. И дело тут даже не в рядовом и сержантском составе: две трети командиров, скорее всего, также были из числа призванных на сборы (а среди этой публики люди попадались очень разные, вплоть до артистов и режиссеров бывших больших и малых императорских театров). Воевать за Советскую власть эти люди не хотели, и стали причиной разброда и шатания в и так не спаянном боевом коллективе. Я подумал, что того же эффекта можно добиться, если призвать в нашу Российскую армию разного рода Шендеровичей, Гозманов, Галкиных и Киркоровых. Эти навоюют - так, что мало не покажется.

В течение шестого числа немцам удалось расширить плацдарм до двенадцати километров по фронту и семи в глубину, накопив на нем значительные силы, предназначенные к рывку на Псков. Германское наступление должно начаться завтра утром, а так как реальное соотношение сил резко не в пользу Красной Армии, то и его результат для советской стороны выйдет плачевным. А это значит, что ситуация требует моего неотложного вмешательства. После того, как я осадил группу армий «Центр», пора, не отходя от кассы, прямо сегодня ночью, заняться их соседями слева и как следует выпороть Гепнера с фон Леебом, благо есть чем: внезапный ночной удар двумя эскадронами «Шершней» в боевом обвесе, и тут же - десантирование на плацдарм бородинской пехотной дивизии Павла Тучкова с приказом пленных не брать...

И тут же мне в голову пришла хулиганская мысль, что эту операцию можно и нужно использовать для того, чтобы отжать у немцев... танки. На самом деле «тройки» и «четверки» - вполне приличная техника (особенно если не сравнивать их с Т-34 и КВ последних серий), и даже «двойки» с «единицами» найдут у меня применение, хотя бы частично - гонять нехороших людей на нижних ярусах мироздания. А все остальное можно оставить Красной Армии, ведь рядом с Т-26 даже «чехи» являются вершиной технического совершенства и боевой эффективности. Решено. Так я и сделаю. Правда, в таком случае бить по германскому плацдарму придется «Каракуртом» в полицейском обвесе, выставленном на полную мощность, но так как брать пленных у меня нет никакого желания, то следует отдать приказ переколоть все серое воинство штыками, невзирая на возраст, звания или должности. Или все же не стоит быть жестоким, а вместо того отдать приказ связывать парализованным немцам руки и ноги и оставлять в таком виде до того момента, когда плацдарм займут части Красной Армии? Пожалуй, это будет наилучшее решение: пусть теми, кто пошел за своим фюрером в поход на Восток за поместьями и послушными славянскими рабами, занимаются советские следственные органы, не мое это дело.

И тут же возник еще один вопрос. Каким образом выводить к себе трофейные танки и бронетранспортеры, а также материальную часть двух дивизионных моторизованных артполков? В составе двух танковых дивизий, не считая подлежащих отжиму ста двадцати танков и примерно сотни полугусеничных тягачей, одних только грузовых автомобилей имеется от трех до четырех тысяч, тысяча легковушек и около двух с половиной тысяч мотоциклов. Бородинцы, хоть относятся к технике без малейшего испуга, но сами во всей этой механике разбираются не больше, чем в высшей математике. У меня, конечно, имеется некоторое количество бойцовых остроухих, обученных вождению автомашин, но это капля в море. Таким образом, придется ставить телегу впереди лошади и выкликать специалистов-добровольцев из массы бывших военнопленных, еще не охваченных Призывом. Других вариантов решения проблемы у меня нет.