Книга Год 1941 Священная война, страница 144 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Поэтому мне так нравилось всегда работать с детками. Нет ничего отраднее, чем наблюдать, как под воздействием коллектива в лучшую сторону меняется хулиган и задира, ябеда перестает жаловаться, а плакса обретает уверенность в себе. Коллектив - это действительно лучший воспитатель, и за здоровую атмосферу в нем отвечает как раз педагог, от него зависит практически все. Эта профессия - одна из самых важных на свете, потому что педагог формирует личность, значительным образом предопределяя общество будущего. И если в советских школах иной раз встречались горе-учителя, не способные вложить ничего полезного ни в голову, ни в душу ученика, то здесь такого не могло быть по определению, потому что иного не допустили бы ни товарищ Серегин, влияние которого тут повсюду, ни товарищ Струмилина.

Прежде в местной школе по совместительству учительствовали сержанты из танкового полка, родом из конца двадцатого века, которых забрали на службу с выпускных курсов институтов и университетов. А теперь, когда они воюют, им стараются подобрать адекватную замену, а потому и мне предложили поработать по своей основной специальности, учителем русского языка и литературы, для остроухих девочек от десяти до тринадцати лет возрастом. Таких тут довольно много, и товарищ Серегин называет их своим главным резервом. Как мне объяснили, в незапамятные времена местные злые колдуны вывели эту человеческую разновидность идеальных женщин-солдат, скрестив между собой обыкновенных людей, каких-то там нереид и человекообразные существа из параллельной ветви мироздания, где все не так, как у нас.

Каждый раз, входя в класс, я задерживаю взгляд на их трепетных заостренных ушках, невольно вспоминая скандинавские сказки об эльфах и троллях. Эти ушки, да, пожалуй, еще удлиненные глаза и выраженная скуластость, отличают их от обычных людей, но в целом они выглядят как обычные девочки, и ведут себя на переменах точно так же. Но едва начинается урок, эти детки становятся необычайно серьезными: нет ни шепотков, ни каких-либо других нарушений дисциплины. Они полностью отдаются учебе, впитывая в себя новые знания с каким-то даже удовольствием. Очень скоро я заметила, что эти девочки усваивают информацию намного быстрее среднестатистического ребенка, и это меня приятно удивило. Меня поразила их феноменальная память. Стихи они запоминают с первого раза! И когда читают их наизусть, то делают это с выражением - именно так, как показывала я. Правда, в силу того, что в прошлом их образ жизни, условия и окружение были довольно, как бы это получше сказать, специфическими, они многое не понимают в тех текстах, которые я им даю на уроках. Им трудно понять, что значит «буря мглою небо кроет, вихри снежные крутя»: образное мышление у них в зачаточном состоянии. Как раз по этой причине им сложно пересказывать своими словами, так что они предпочитают запоминать и цитировать текст наизусть. Порой доходит до смешного... В таких случаях я вынуждена долго объяснять ту или иную аллегорию, чтобы донести до них красоту и выразительность русского языка. Да, в этом плане мне порой приходится тяжеловато. Но какой наградой бывает, когда они все же улавливают чудесные нюансы, перлы, которыми блещет русская литература! У этих девочек открытая душа, очень тонкая и восприимчивая. И огромное желание учиться. И отличные данные, свидетельствующие о том, что их мозг устроен особым образом. Если бы это были обычные девочки, я бы сказала, что они маленькие перфекционистки. Но моими ученицами руководит отнюдь не желание «стать лучше других». Они такие сами по себе. И, видя их потенциал, я совершенно отчетливо понимаю, что из этих девочек выйдет толк - из каждой, без исключений.