Книга Год 1914-й. Время прозрения, страница 154 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Мда, очень интересная информация, - сказал Вильгельм, - особенно в свете того, что первоначально с этими монархами герр Сергий не союзничал, а, напротив, очень даже враждовал. Сейчас мы тоже враждуем с этим господином, но эта вражда выглядит какой-то ненастоящей, ограниченной в пространстве и времени. Именно для того, чтобы не раздувать пламя излишней ненависти, мы и не разрешили нашему доброму Гельмуту, преизрядно обосравшемуся с планом Шлиффена, перебрасывать какие-либо резервы на Восточный фронт. Иное было бы невероятной глупостью в стиле Наполеона Бонапарта, ибо войны с Россией можно вести только поверхностно, не затрагивая ее глубинных центральных территорий.

— Но почему, мой кайзер?! - воскликнул генерал фон Фалькенхайн.

— А потому, - ответил Вильгельм, - что попытка вторгнуться в те места, какие русские считают своим домом, непременно приведет к тому же результату, что и конная атака болота гусарами смерти. Болото не окажет этой атаке почти никакого сопротивления, но в лучшем случае гусар потом придется вытягивать на веревках, без коней, а кое-кого и без штанов, а в худшем они все останутся в этом болоте навсегда. На огромных пространствах Восточной Европы нет такого рубежа, достигнув которого, можно праздновать победу. Совсем наоборот: чем глубже вы влезете в русские дремучие леса, тем тяжелее будут ваши потери и сокрушительнее контрудар. А вот русские имеют все возможности взять штурмом Берлин и Потсдам, после чего преизрядно покуражиться над вашим кайзером, превратившимся в бездомного бродягу. Но они этого не делают, а вместо того приготовились наступать на Будапешт, и может быть, даже на Вену. Вопрос - почему?

— Потому что им запретил Артанский фюрст, которого мы тут так тщательно обсуждаем, - ответил генерал фон Фалькенхайн.

— Вот именно, мой добрый Эрих! - задрав вверх указующий перст, возгласил кайзер. - И этот запрет был наложен исключительно из-за нежелания углублять нашу вражду. Вы знаете, что герр Сергий приказывает лечить наших солдат, ранеными попавших к нему в плен и передает их русским только после полного выздоровления? А все оттого, что вражда у него не с немецким народом, и даже не с германским государством, а исключительно с вашим глупым кайзером, который по недоумию влез в конфликт, глубины которого не понимал. Что мне стоило своевременно осадить старого маразматика, а не способствовать разжиганию неограниченной войны? Впрочем, в то время один только добрый Теобальд из врожденной осторожности стремился сдержать мои воинственные порывы, а все остальные только толкали меня под руку в стремлении поскорее возвысить Германию железом и кровью.

Кайзер сделал паузу, обведя присутствующих внимательным взглядом, и, убедившись, что все его внимательно слушают, сказал:

— Сегодня ночью я получил от герра Сергия письмо. Как всегда, нашел его на столе в своем кабинете. И как же вы думаете, господа, что пишет мне этот человек? Время для очной встречи еще не пришло, но я, с его точки зрения, все делаю правильно. Англия и Франция для России - это такие союзники, что с ними не надо никаких врагов. Как сообщил мне этот человек, который все обо всем знает даже больше, чем наш добрый Теобальд, изначально целью западных союзников по Антанте была не только победа над Германией, но и низвержение в России самодержавия и расчленение восточного колосса на куски, пригодные для постепенной колонизации. Для политиканов из Парижа и Лондона русские - это те же негры, только белые. Но пока российское общество еще не созрело для решения по ходу войны повернуть шахматную доску на девяносто или даже на сто восемьдесят градусов, герр Сергий предлагает нам заключить соглашение о зицкриге...