Книга В закоулках Мироздания, страница 152 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Но и это было еще не все – несчастный алкаш замотал головой, сделал пару шагов и грохнулся на землю прямо там, где стоял, после чего немедленно захрапел, впав в отключку.

Гефестий при виде конфуза, приключившегося с приятелем, только одобрительно хмыкнул, продолжая раскочегаривать непривычный для него тевтонский кавалерийский горн, вместо мехов у которого была ручная воздуходувная улитка – примерно как на сирене. Дело там шло на лад, и в скором времени мы должны были приступить к плавке колец.

— Ну, дядя, благослови! – сказал божок, когда все было готово, и среди рдеющих углей осталось только место для колец.

— Конечно, благословлю, – ответил тот и начал нараспев читать молитвы, в то время как я по одному подавал Гефестию вытащенные из мешочка кольца, после чего тот плавил их на углях под мерное гудение ручной воздуходувки, которую по очереди крутили трое местных подростков. Металл как миленький плавился в этом жаре, сперва стекая в специальный сосуд, а потом, вздымаясь над ним грязной пеной, по мере того, как его остатки под молитвами избавлялись от злых заклятий. Но вот дело было сделано. Брошенные последними в огонь серебряные пластинки, на которые распался расплющенный перстень, расплавились и сгорели, после чего отец Александр подтвердил, что зла с нами больше нет.

В благодарность за хорошо сделанную работу я набухал мастеру раза в два больше спирта, чем требовалось для медицинской дозы, и тот принял кружку со свойственным ему достоинством и тактом, после чего еще раз крякнул, сказал, чтобы мы обращались, если что. Затем он взвалил на плечо нагло дрыхнущего Гермесия и прямо вместе с ним растворился в воздухе…

Неофициальный рабочий визит двух божков в нашу компанию был завершен.

Анна Сергеевна Струмилина.

А Гефестий мне глянулся – не как мужчина, разумеется, а как человек, то есть бог. Чем-то он мне напомнил соседа-водопроводчика дядю Васю, с золотыми руками и вечно под хмельком. Тот тоже без ста грамм за работу не брался, ибо без этого и глаз не остер, и руки дрожат до неприличия. А вот выпьет мужик – и сразу как огурчик, глаз-алмаз и руки не дрожат, и мастер хоть куда… И даже плешь у Гефестия вполне симпатичная, хотя просится на нее что-то вроде кожаной кепочки, чтоб и в кузне не горела и голову прикрывала от лишнего жара.

Но это я так, к слову. Самое главное, что стараниями этого замечательного человека, то есть бога, мы, наконец, избавились от помеченных херром Тойфелем колец, и теперь свободны как птицы в полете. В смысле – нет у этого херра теперь инструментов, способных отследить наше перемещение по здешнему миру. В принципе, если у нас опять будут похожие проблемы, то Гефестий обещал забежать и снова все исправить. Ну точно как дядя Вася – просто замечательный специалист, и точно так же хлещет медицинский спирт, будто обычную воду.

Но не только визитом двух божков-приятелей и их пьянкой был знаменателен сегодняшний вечер. Сказать честно, для меня было большим шоком то, что в рюкзаке у Дока имеется сразу два – целых два! – литра медицинского спирта, и его никто не стремится поскорее изничтожить путем принятия внутрь, чтоб не досталось врагу. И в силу этого факта я еще больше зауважала капитана Серегина и его людей.

После ухода незваных гостей праздник снова продолжился, но только теперь уже без того энтузиазма. К спирту, правда, никто не прикоснулся, и полная на две трети фляга снова ушла на дно рюкзака, откуда ее достали. Пили настойку из трав, подслащенную медом и самым настоящим свекловичным сахаром, взятым в числе трофеев у тевтонов. Пели протяжные песни – наши русские и местные латинские, слегка похожие на итальянскую эстраду семидесятых годов. Еще немного посидели и начали расходиться спать, завтра нам предстоял трудный спуск с перевала к неохватным степям, простирающимся к северу от гор.