Книга Шар судеб, страница 66 – Вера Камша

— Вы были свидетелем штурма? – начал Фома. Дерра-Пьяве молча кивнул, он не хотел говорить, но желания – это для дам, а не для военных.

— Как удалось в два дня взять такой большой город? – вступил в беседу Эмиль, разглядывая заинтересовавшее его оружие. Никаких узоров и украшений, безупречные очертания… Не Дриксен, не Гайифа и тем паче не Рафиано. Пистолеты морисские и, безусловно, отменные, иначе Дерра-Пьяве не предпочел бы их собственным – помнится, очень недурным.

— Да, мой друг, – подался вперед урготский герцог, – как вышло, что Агарис пал столь стремительно?

— По тунцу акула была, вот и съела, – почти огрызнулся капитан. – Принц Тергэллах привел полсотни линеалов и десятков шесть больших торговцев. С солдатами. Ватрахос покойный такой силище на ползуба был бы, но морискам показалось мало. Созвали чуть ли не всех морских шадов с их головорезами, а корсары сами сбежались. Сотни три с гаком, хотя большинство – мелочь. Осадка, как у утки, но для десанта – в самый раз. Они и начали…

— Вы знали нападавших? – Военные подробности Фому вряд ли волновали, но герцогу хотелось прийти в себя. Эмилю тоже.

— Кое-кого, – кивнул моряк. – Больше слышал. Про Зубана и Крысьего Пасынка по всему морю болтают… Правильно болтают, как оказалось. Но много было из этих, из восточных. С ними мы дела не вели. И опять правильно – от таких лучше подальше!

— Прибрежные пираты? – удивился Савиньяк. – Никогда не считал их опасными… для крупной дичи.

— Были и береговые, и те, что у Межевых орудуют. Только не стаей город брали, а армией. Дисциплину это сборище очень даже соблюдало. Конечно, опыт в открытую лезть у них небогатый, но приказы выполняли исправно. С кузеном Монсеньора не забалуешь, даже заявись он с одной галерой, а тут – флот! Мы такого в Померанцевом не видали еще, разве что на Марикьяре… Я в линеалах мало понимаю, но хороши зверюги.

— Кто брал бастионы? Тергэллах?

— И он, и корсары, и шады… Артиллерии тоже хватало, и саперов привезли. Сдается мне, мориски, не те, что с островов, а настоящие, промеж собой не реже Талига с Дриксен цапаются, иначе с чего бы им так навостриться? Красиво высаживались, куда твоим дожам! Ни одной пушки не утопили.

— Высадиться – это еще не все, – проявил военную смекалку Фома. – Главное – как они воюют.

— В бою не видел, врать не стану, – на дубленой физиономии проступила досада, – в город нас не пустили. Мы хоть и послы Монсеньора, и этот их, глазастый, раскуси его зубан… Глядел, будто покупать собирался, но вроде сошло… Даже на сходку свою пустили, но одно дело – вино вместе трескать и другое – глядеть, как Святой город жгут. Я ведь эсперу ношу, мог и сорваться. И ребята могли, было с чего!

— Значит, самого боя вы не видели?

— Нет, но на улицах дрались все больше агирнийцы. Они покрепче шадов, и потом благословение на них вроде… Или наоборот, но что-то там такое было непростое. Говорили об этом, когда… когда кончилось все.

Как же не хочется спрашивать, как именно кончилось. Не хочется – и все! И вообще для первого разговора хватит, остальное – вечером, в посольстве, под касеру. Гонцов и разведчиков, чье появление не скрыть, расспрашивают дважды. Один раз – для союзника, второй раз – для себя.

— А что Агарис? – тихо спросил Фома. – Как вышло, что гарнизон застали врасплох?