Онлайн книга «Шар судеб»
|
— Закройте окно, – распорядился генерал и понял, что никакой зимы нет и завтра дриксы опять полезут. Или не завтра – их все-таки порядочно отделали. Над кроватью нависла до невозможности сосредоточенная рожа, в которой Ариго узнал штабного лекаря. За рожей виднелись ухо, щека и плечо с полковничьей перевязью. Ну, хоть что-то! — Берк, – спросил Жермон спрятавшегося подчиненного, – Ансел убрался? — Мой генерал! – Берк сунулся к кровати, но был оттеснен, вернее, отброшен докторским задом. — Мой генерал, – обрадовал врач, – вас морозит из-за кровопотери. Я ушил рану, но нужно лежать. Десять дней, не меньше. Двигаться нельзя ни в коем случае, а нога должна быть поднята хотя бы на высоту подушки, иначе я ни за что не ручаюсь. — А с подушкой ручаетесь? Почему у лекарей при исполнении такие мерзкие голоса? Пока ты здоров, люди как люди, а угодишь к ним в лапы – жуть жуткая! — Кость не задета, – ушел от ответа врач. – Если не начнется заражение, дней через десять вы сможете вставать, а через месяц будете полностью на ногах. Ответ Жермон оценил по достоинству. Коновал не солгал ни единым словом – костей в животе еще ни у кого не находили, а без заражения он бы и в самом деле встал. Только раны в брюхо без заражения не обходятся. — Первую неделю боли будут очень сильны, – пустился во все тяжкие лекарь, – потом наступит облегчение, но хромота все-таки возможна. — Вы настаиваете на том, что я ранен в бедро? — Разумеется, – все так же умело огрызнулся врун. – Я еще не ослеп, и генерал Ансел тоже. — Где он, раздери его кошки?! — Повел корпус на соединение с маршалом Запада. Вы хотите отменить отданный приказ? — Я хочу видеть рану. — Это невозможно. Я не позволю вам ее тревожить! Это чревато повторным кровотечением с самым печальным исходом. Девять из десяти, что врет, но позволить себе печальный исход раньше времени Ариго не мог. Генерал прикрыл глаза, вслушиваясь в боль. Сильнее всего болело в паху, но в живот тоже отдавало, а вот якобы простреленное бедро вело себя смирно. Все было очевидно, но многолетняя привычка велела проверить и только тогда решать. То есть он уже все решил, но вдруг врач с Анселом не врут? Тогда можно уснуть, утонуть в теплой щенячьей слабости, забыть до утра про Ансела, Бруно, обоз, найденные Бавааром пушки… — Идемте, он задремал. — Нет, господа… Я никого не отпускал. – Если они врут, а они врут, времени на сон нет. Нужно успеть… Успеть написать главные письма, то есть продиктовать. — Вам нужен покой. — Мне нужен полковник Придд. — Но… — Позовите полковника Придда… и убирайтесь к кошкам! — Мой генерал! — Не нравятся кошки, отправляйтесь… к ежу! — Побудьте с ним, доктор. Я найду Придда. — Если не ошибаюсь, я видел его у дверей. Отчего-то Жермон улыбнулся. Врач удивленно поднял брови, и генерал улыбнулся снова. Несмотря на дергающую боль, вернее, ей назло. Ариго не помнил, приказал он Валентину убираться или все-таки нет, но мальчишка-недоойген сделал по-своему, и подыхать стало не так одиноко. Когда все кончится, Придда надо отправить к Райнштайнеру, а когда кончится еще и война – к Катарине. Пусть расскажет, как она осталась совсем без братьев. — Мой генерал! — Вы уверены, что я позволил вам болтаться здесь? — Я понял вас именно таким образом. Генерал Ансел с моими выводами согласился. |