Книга Шар судеб, страница 231 – Вера Камша

Жалобы и оправдания несостоявшихся временщиков сменила тишина, которую тут же спугнули донесшиеся из анфилады торопливые шаги. Сэц-Ариж с Пуэном внесли корзины гиацинтов и поставили по обе стороны трона. Запах цветов стремительно заполнил зал, вытесняя скопившуюся за зиму подлость.

— Господин, – тихонько шепнул кузнец, и Робер торопливо протянул руки. Кандалы были не из лучших, они сдались сразу. Железная змейка упала на пол и застыла, греясь на солнце.

— Ваша шпага, Монсеньор! – отчеканил Сэц-Ариж; в его глазах плясали демонята.

— Спасибо, Жильбер…

— Маршал Эпинэ, – раздалось сверху, – в ваше подчинение поступают все верные нам войска, находящиеся в пределах Кольца Эрнани. Генерал Рокслей, принимайте гвардию. Герцог Окделл, как вы себя чувствуете?

— Ка… Ваше величество, моя честь и мое серд… моя жизнь принадлежат вам!

— Поднимитесь и сядьте. Когда здоровье вам позволит, вы найдете, ради чего рискнуть жизнью. Господа послы, Мы рады вновь вас видеть. Мы понимаем, что вы можете не знать всех тонкостей наших законов и что долг велит вам сообщать о происходящем здесь своим государям. Поэтому Мы просим вице-супрема объяснить вам подоплеку того, чему вы стали свидетелями. Мэтр Инголс, Мы слушаем.

Толстый законник неторопливо и с достоинством выступил из-за бело-черного строя. К строгому траурному платью был приколот цветок гиацинта.

— Ваше величество, – начал он, и Робер почти догадался, что будет дальше. Адвокат таки успел запрячь своих кошек, только лучше бы сестру оставили в покое! – Господа, я постараюсь быть краток и однозначен настолько, насколько сие возможно для законника.

Начну с того, что напомню о положении, согласно которому мать, сестра, супруга или же любая иная особа женского пола не может являться регентом при недееспособном или же несовершеннолетнем монархе. Это положение не подлежит изменению ни при каких обстоятельствах, по крайней мере, в отсутствие дееспособного совершеннолетнего государя. Увы, наш добрый король Фердинанд был злодейски умерщвлен в Багерлее. Вы все видели его тело и можете засвидетельствовать его кончину. С момента его гибели королем Талига становится его единственный сын Карл Четвертый Оллар, находящийся на попечении герцога Ноймаринена и его супруги Георгии, урожденной принцессы Оллар.

До совершеннолетия Карла власть в Талиге переходит к регенту и назначенному оным регентом регентскому совету. Напоминаю, что регентом Талига при недееспособном государе, согласно подтвержденному Фердинандом Олларом кодексу Франциска, становится его дееспособный брат или же дядя по мужской линии, в случае отсутствия таковых – глава дома Алва, а затем, по нисходящей, глава дома Ноймаринен, глава дома Савиньяк, глава дома Дорак, глава дома Салина.

Общеизвестно, что государь наш Фердинанд Второй не имел братьев и что принц Карл до недавнего времени являлся его единственным сыном, но Создателю было угодно это изменить. Да будет вам известно, что ее величество Катарина носит под сердцем ребенка, который, по мнению астролога и медиков, является мальчиком. Ребенок зачат в одиннадцатый или же тринадцатый день Осенних Ветров минувшего года в королевской опочивальне и должен увидеть свет в середине лета.

Таким образом, малолетнему Карлу наследует его пока еще не рожденный брат, но по кодексу Франциска мать и дитя до разрешения матери от бремени составляют единое целое. Носящая под сердцем дитя женщина полностью дееспособна, что подтверждают врач, юрист и священник. Следовательно, ее величество Катарина с момента смерти его величества Фердинанда и до разрешения от бремени является законным регентом Талига и обретает всю верховную власть, о чем подготовлен соответствующий манифест. Данный манифест будет оглашен сразу же после его подписания, которое произойдет на ваших глазах. Вы все получите копии манифеста и выписки из законов и кодексов, подтверждающие то, что сейчас прозвучало.