Книга Шар судеб, страница 186 – Вера Камша

Храм Октавии оживет и при этом останется тайной. В память о матушке и сестрах герцог Окделл выстроит часовню или переделает под церковь башенку в левом крыле. Храм Истинных Богов со временем тоже появится, но голубоглазую девушку среди цветов увидит только Катари. Когда станет герцогиней Окделл. Даже сюзерен… Альдо был вынужден очистить храм в Старом парке от узурпатора и его жены, но эту Октавию он не тронет!

— Проследите, чтобы к вечеру было убрано, – распорядился Ричард, – и найдите цветы. Голубые или белые, но не лилии. Лучше всего гиацинты. Свечи тоже должны быть белыми. Художники пока не нужны. Я должен подумать…

— Да, монсеньор. Что монсеньор прикажет делать с мечом?

— С каким еще…

Прервав сам себя, Ричард глянул вниз. Завороженный нежным девичьим лицом, он не обратил внимания на нижний ряд икон и идущие к иконостасу ступени. На верхней из них лежал меч. Рамиро Алва исполнил свою часть договора.

— Выйдите! – Святой Алан, он не может коснуться меча при слугах и тем более не может положить на его место кинжал. – Выйдите все и ждите.

Мягко скрипнула дверь. Словно вздохнула. Поднялись и заплясали в столбе розового света потревоженные пылинки, робко улыбнулась Катари, потому что это была она, а не умершая давным-давно распутная королева! Ричард достал кинжал. На мгновение стало жаль, только кем бы он стал, нарушив договор? Старая церковь молчала, но Ричард чувствовал чей-то взгляд. Кто на него смотрит? Древние боги? Ждущий покоя Рамиро? Не узнавший имени настоящего предателя Алан? Отец? А может, сама Любовь?

Юноша улыбнулся Катари и поднялся к алтарю. Древний меч лежал на ветхом истрепанном плаще, и на нем не было ни пылинки. Дикон поднес к губам меченный вепрем кинжал, словно прося прощения, и бережно опустил реликвию на потертое сукно. Вблизи стала заметна дыра и какие-то пятна. Кровь?

— Я отдаю его, – сказал Ричард Окделл тем, кто его слышал. – Я обещал, и я отдаю… Карте место!

400 год К.С. 6-й день Весенних Ветров

Сюзерен поздно лег и еще не выходил. Растерявшийся Лаптон пытался удержать Дика, бормоча про высочайший гнев. Юноша не выдержал и рассмеялся. Альдо если б и разозлился, то за промедление, но толстяку в синем рассветном плаще древние тайны никто не доверит. Дикон отстранил гимнет-капитана, миновал даже не пытавшихся воспротивиться гимнетов и захлопнул дверь, отрезая непосвященных от того, что сейчас произойдет.

Сюзерен и в самом деле спал, раскинувшись на обвитой змеедевами широкой кровати. Полог был приподнят, у изголовья блестел обнаженный кинжал, рядом лежала пара пистолетов. Засыпая, Ричард тоже клал под руку отцовский клинок. Теперь его нет, так же как и Надора. Начинается новая жизнь.

— Альдо, – негромко окликнул Ричард, – я нашелего.

Сюзерен не пошевелился. Он не знал, что пришла весна и все реликвии собираются воедино. Дикон рывком раздвинул затканные коронами портьеры, впустив в полумрак спальни утреннее сияние. Окна выходили в залитый солнцем висячий сад. Деревца в кадках еще не очнулись, молчали и крохотные фонтанчики, но ясные блики на белом мраморе и воркующие голуби наполняли сердце радостью под стать той, что подхватила юношу у Дарамы. Конец ненастья тоже был победой. Их с Альдо. Окделл отыскал меч, но Ракан это предвидел! Сюзерену не нужно уничтожать озера и вешать пленных, ведь на его стороне благословение истинных богов. Сейчас Альдо получит последний ключ к силе предков, ему больше не нужны дожди и не страшны чужие армии, кто бы их ни возглавлял!