Онлайн книга «Шар судеб»
|
Руппи приподнялся на локте. Потом сел, пытаясь сообразить, что за место ему снится и как он здесь очутился. Похоже на комнату в трактире. Приличную, но не роскошную. Прошлую ночь он провел в похожей, но там занавески и полог у кровати были синими, а на столе никто не сидел, хотя это же сон… Лейтенант Канмахер пришел, потому что ждет. Никто с «Ноордкроне» не обретет покоя, пока Бермессера не вздернут на рее. — Зепп, – попросил друга Руперт, – доложи Адольфу и скажи всем нашим. Мы скоро будем у кесаря – я и Ледяной. Готфрид нас обязательно выслушает. Бермессеру не оправдаться. Ублюдок спляшет в петле еще до лета! — Спляшет? – переспросил Зепп, тряхнув головой, как Вальдес, и сам стал Вальдесом в белой, развязанной у горла рубахе. – Хочешь танцевать? Нельзя. Сейчас нельзя. Не время. Тебе нельзя, мы не хотим. Очень тяжело… Это пройдет, и мы станцуем. Я приду к тебе, я знаю, где ты. Всегда знаю. Не понимай Руперт фок Фельсенбург, что спит, он бы решил, что окончательно проснулся. Голова была ясной, словно солнечным весенним утром. Хотелось вскочить, выбежать на улицу, засмеяться, обнять если не весь мир, то хотя бы тех, кто подвернется под руку. Руппи уселся на широченной скрипучей кровати и увидел на стуле у порога кавалерийского офицера со шрамом на физиономии. Таким же, как у Олафа. Офицер самозабвенно храпел, однако бутылок у его ног не валялось. Руперт оглянулся и поймал быстрый взгляд, слишком шалый даже для Бешеного. Адмирал больше не сидел на столе, он стоял на подоконнике, высоко, словно в танце, вскинув руки и откинув назад красивую голову. Окно было распахнуто, за ним дышала ночь. Молодая луна, звезды, зима… И еще ветер! Он кружит последний снег, он хочет играть со звездами. Ветер и звезды, снежная песня будет звенеть до весны; снежные звезды, зимние слезы, шитые инеем сны… — Спи, – велит Вальдес, расправляя длинные чаячьи крылья, – они не придут. Никто не придет. Сегодня никто, а завтра это лишь завтра. Его еще нет… — Погоди! В полнолуние на корабле снятся вещие сны, жаль, он на земле… Или в голове спросонья все спуталось, «Ноордкроне» на самом деле цела и вышла в море? Все живы, всё в порядке… Конечно! Иначе он не был бы так счастлив. Лунные волны, песни и звоны, синие тени в ночи, звездные ветры, отблески света, ставшие танцем лучи. Кровь высыхает, смерть засыпает, надо дождаться весны, звезды и ветер, лунные сети ловят жемчужные сны… — Я ухожу – ты остаешься. Пока остаешься. Я вернусь, – пообещало создание на окне и звонко захохотало. Теперь оно напоминало привезенную Приддом девушку, только черноволосую и безоглядно счастливую. — Стой! – Если ему снится крылатая тварь, то он будет с ней говорить. Летящих не зовут по имени, их нельзя касаться, но спрашивать можно! Птицы-оборотни кружат над морем от сотворения, и как же много они знают… Нужно только угадать с вопросом. Так, чтоб она ответила, а не увильнула. — Что нас ждет в Эйнрехте, зовущая ветер? Меня и Олафа? Кого нам опасаться? Кому нельзя верить? — Себе. И можно только себе. Не судьбе… Судьба тебе не нужна. Ее нет. У тебя нет… Я вернусь. С тобой ничего не будет, больше не будет. Пусть приходят, я с ними станцую. С ними можно танцевать. Сейчас только с ними… Один танец, лишь один… |