Книга Водный мир. Конкиста, страница 81 – Александр Быченин

Я оказался прав — с ударной техникой у Агуэя не задалось. Нет, он попытался пару раз меня достать, воспользовавшись преимуществом в физических данных, подстёгнутых стимулятором, но тут-то и выяснилось, что в скорости и реакции у него и под «дурью» оного преимущества нет. Мне даже не пришлось особо напрягаться, чтобы увернуться от его размашистых свингов и хуков, которые я так назвал за неимением других подходящих терминов. Так-то натуральные «деревенские» затрещины. Полное ощущение нехватки в руке какой-нибудь палки. Ну а от попытки прохода в ноги я и вовсе ушёл красиво — сместился вбок, попутно дотянувшись таньтуем до шаманских рёбер. Жаль, нога босая, так что приложился не очень сильно, и кости уцелели. Но затрещали, и носом в песок Агуэй уткнулся. Тут бы, по-хорошему, на него сверху и навалиться, перевести бой в партер, но я предпочёл ретироваться — ну её нафиг, эту лотерею с вознёй в плотном обхвате. Я уж лучше, по меткому выражению легендарного древнего бойца, буду порхать, как бабочка и жалить, как пчела, пусть даже и наши, гессионские.

Что, собственно, я и продемонстрировал, как только шаман утвердился на своих двоих: показав ложный таньтуй, моментально перевёл его в хлесткий цэдяньтуй в голову. Если воспользоваться терминологией наших ниппонских «друзей», связка маэ-маваси одной ногой. И сразу же «вертушка» с другой, но не вырубающая, пяткой, а лёгкая, «чиркающая», подушечками пальцев. Ну и разрыв дистанции, само собой.

Как я и рассчитывал, Агуэй устоял, хотя последнее попадание и вынудило его покачнуться и отступить на шаг назад. А ещё он очень разозлился, и рванул ко мне с явным намерением облапить и выдавить кишки через естественные отверстия. Чего я, конечно же, допускать не собирался, а потому ответил в известной манере — манёвром уклонения и очередным чувствительным пинком, но уже по рёбрам. В этот раз приложился от души, почти как в тайском боксе. Почти, потому что голень до такой степени не набита, и существует вероятность самому перелом схлопотать. И следом ещё, по другому боку. Ну а завершил комбинацию мощный хоу дэнтуй, угодивший в брюшину и отбросивший шамана метра этак на три. Но, против ожидания, на задницу тот не сел, просто просеменил после приземления несколько шагов по пляжу и рухнул-таки на одно колено.

Понятно, что ничего ещё не кончено, но во взгляде куму-пойаи, когда он снова умудрился выпрямиться и развернуться ко мне в подобии боевой стойки, впервые за бой промелькнула неуверенность. До беспомощности, а тем более полноценной паники, ещё очень далеко, но я на верном пути. А значит, нужно продолжать в том же духе! Главное, на захват не нарваться, тогда уже мне придётся туго…

И тут Агуэй сумел-таки меня удивить: вместо очередного наскока он ловко выдернул из штанов пояс — тот самый, с массивной пряжкой — перехватил его на манер кистеня, и аккуратно, чтобы не спугнуть, двинулся в мою сторону. Что ж, замысел понятен. За неимением дубинки шаман вооружился её гибким суррогатом. С одной стороны, у него теперь все преимущества ударной дистанции, с другой — кистенём, особенно таким вот импровизированным, ещё пользоваться уметь надо. Но тут сомнений никаких: не имей куму-пойаи опыта в подобных делах, на мне применить столь проблематичное оружие он бы ни в жисть не решился. И это явно не жест отчаяния, для этого он ещё не дошел до кондиции.