Книга Я так велю!, страница 42 – Александр Быченин

А вот что действительно важно, так это осторожность и техника безопасности. В смысле, не самая лучшая идея рукой по камню шарить. Но что делать? Щупа-то у меня нет! Да и Зиг, по всему судя, жив и здоров. Просто чем-то здорово озадачен, и потому не торопится выбираться на свет божий. Потому что если бы он в какую-то ловушку угодил, то не постеснялся нам об этом сообщить. Отборным и, что характерно, громогласным кошачьим матом. Ну а поскольку он всего два раза дал о себе знать, да и то лишь тогда, когда Вова ошивался поблизости, то это очень хороший знак. Кста-а-а-ати!

— Зиг! Зигги! Кис-кис-кис, бро!

— Мля-а-а-а-а!

— Потерпи, братан, щас я к тебе заберусь! — посулился я, медленно и осторожно выпрямляясь во весь рост на не таком уж и широком, как выяснилось, уступе.

Ладно хоть уклон в нужную сторону, так что можно в прямом смысле слова по камню елозить — по большей части пузом, конечно. И да, ещё попутно граблей шарить, благо дотянуться до нужного места вполне реально.

И знаете что? Я её нашёл! В смысле, замаскированную дыру! И не просто дыру, а здоровенный, если по нижнему срезу судить, лаз! Тут даже сгибаться в три погибели не придётся, как в схроне на острове с контрабандистами. А с другой стороны, лезть куда напряжней — или лестницу подлинней прямо ко входу прислонять, или цепляться руками и изображать выход силой, рискуя в случае неудачи навернуться вниз. Прямо как в древней песне — разбежавшись, прыгну со скалы! Свят-свят-свят! Тьфу-тьфу, не сглазить!..

— Чё там, Проф⁈

— Да нашёл, типа! Ща!

Ф-фух… вроде и на физическую форму грех жаловаться, особенно после вояжа на архипелаг, а всё равно тяжко! Видать, нагрузка непривычная. Сюда бы, действительно, Вову — у него хотя бы альпинистская подготовка есть. Но куда деваться? Так что хорош ныть, дорогой товарищ Олег! Бери ноги в руки, и вперёд! Единственное, «запись» вруби через Эшу Урсу — стандартной аппаратуре в данном случае веры никакой, а вот «вид из глаз» не подведёт. Да и инфы потом куда больше даст, ежели чего вдруг…

Судя по тому, что руки мои никакого сопротивления при погружении в оптическую завесу не встречали, но при этом исправно исчезали из вида, создавая полное впечатление погружения их в массив камня, здешняя маскировка ничем не отличалась от технологии «воздушников» на памятном острове. По крайней мере, во внешних своих проявлениях. Ну и фиг с ней! Главное, руки целы, Зиг отзывается, а значит, что? Правильно! Хватит сопли жевать, полезай внутрь! Собственно, так я и поступил, подозрительно легко затянув самого себя в лаз. И даже ладони не соскользнули, как я того опасался. Но это, скорее всего, потому что нашлось, на что носками ботинок опереться. А дальше вообще дело техники — сунуться башкой в голограмму, оттолкнуться, плюхнуться на пузо, да так и заползти под завесу целиком.

Оказавшись в туннеле, я первым делом осмотрелся — так и есть! Реально туннель, не чета узкому лазу островного схрона. Во весь рост, конечно, не встану, но чуть пригнувшись — вполне! И даже при этом макушкой по своду чиркать не буду. Что ещё? Да, пожалуй, это и не лаз как таковой, это натуральный коридор приблизительно прямоугольного сечения, даже, я бы сказал, штольня. Ну, или штрек. Стены… ну да, тоже типа проплавленные. Или просто оплывшие под воздействием высокой температуры… стоп! А какая, собственно, разница? Да плевать! Главное, что тут довольно светло — и сквозь голограмму отблески дневные пробиваются, и сама порода светится… ну да, почти как в предыдущем схроне, только оттенок иной, и на глаза давит чуть по-другому… в смысле, чувствуется разница на уровне ощущений. Технология сходная, а конкретные параметры иные. Так что не спутать. То есть, как ни крути, но точно не от «воздушников» наследство. Но ведь какое сходство⁈ Реально, что ли, сгинувшие роксаниане принадлежали к одному и тому же разумному виду? Если проводить аналогии, это как различия в архитектурных стилях на Земле: европейскую застройку очень трудно принять за азиатскую, если смотреть издали и видеть картину в целом, но когда перед глазами лишь отдельные части, или вообще на ощупь, то дверь она и в Африке дверь! А окно — окно. Ну и так далее. То бишь налицо родственность и даже некая преемственность основополагающих технологических принципов. И технологического же мышления. Хотя с фига ли я сомневаюсь? Это уже давно стало ясно, как только я выяснил, кто — или что — такое «мускус» и Эшу.