Книга Там, на островах, страница 56 – Александр Быченин

— В общем, неофициальные отношения, основанные на взаимной выгоде, всегда главнее официально-показушных, — развил я мысль.

— Ну да, — пожал плечами мой приятель, — а покажи, где иначе?

— Нигде, — вздохнул я. — Но мы отвлеклись. Ты про возникновение кандомбле рассказывал.

— Да, точно! В общем, мы, бразильерос, да и кубаньерос тоже, как этнос сложились именно на религиозной основе.

— Так вы фанатики-мракобесы, что ли⁈ — разочарованно протянул я.

Всю жизнь, блин, мечтал в секту попасть! Буквально спал и видел, хе-хе.

— Ну, не до такой степени… — смутился Дьогу. — Но да, вынуждены были покинуть Порто-Либеро и его окрестности именно из-за разночтений в вопросах веры. Что характерно, католической.

— А поначалу, получается, там жили? — пропустил я мимо ушей последнюю сентенцию.

По той простой причине, что тут и уточнять нечего — что латиносы, что бразильерос с кубаньерос вкупе те ещё затейники! А ведь чисто формально что те, что другие — добрые католики! Просто у одних католическое учение дополнено культом Санта Муэрте… плюс вера в неких Духов гор, ретранслируемая через эскучар эспиритус, а у вторых — той самой кандомбле-лукуми и верой в… ну, чисто технически тоже в духов — Эшу и Ориша. И уж не в этом ли обстоятельстве кроется корень проблемы? Вон как Дьогу поморщился, когда я Пепе припомнил! Впрочем, такие вещи в лоб не спрашивают, тут лучше издалека зайти. Как я, собственно, и поступил.

— Ну да! — подтвердил моё предположение Маседа. — Куда ж ещё деваться, если у корпов не прижился? Только в Порто-Либеро! Ну а потом падрину Жайми указал нам Путь! А местре Арунья… ну, скажем так — конкретное направление. Куда нужно приложить усилия.

— Слушай… а откуда вас… ну, бывших бразильцев с кубинцами, на Роксане столько взялось? — наконец, облёк я во внятную форму давно вертевшийся на языке вопрос. — Вроде же эти страны в самостоятельной космической экспансии не замечены? Понимаю, Латинская конфедерация! Ее хотя бы Штаты тянут. Но чтобы прямо вот так, национальными анклавами где-то селились? И кто? Португалоязычные бразилы и коммунисты с Кубы⁈ Отщепенцы⁈ В смысле, по логике конфедерации?

Не единственные, кстати, если современную политическую карту Южной Америки вспомнить. В собственно конфедерацию, помимо Мексики, входят страны Карибского бассейна — Венесуэла с Колумбией с прочей мелочёвкой, да всё западное побережье вплоть до самой южной оконечности материка. То есть, по факту, Горный Запад. Ну а Равнинный Восток, сиречь те территории, что тянутся от восточных же склонов Анд и до Атлантики — самостоятельные игроки. По той простой причине, что ни Парагвай с Уругваем, ни, тем более, Аргентину бразильцы себе на шею сажать как-то не торопятся.

— Ну вот ты сам и ответил на свой вопрос, — усмехнулся мой приятель.

— Какой из? — не повёлся я.

— Про национальные анклавы. Кушать, понимаешь ли, всем хочется, так что и наши вербуются в сектор конфедерации. А потому что куда ещё? К штатовцам не пролезешь, там своих хватает. К русским с китайцами? К европейцам? Это ж на другом конце света! Юго-Восточная Азия? И как ты себе это представляешь? Вот и приходится идти на поклон к конфедератам. Правда, явление это не столь массовое, как в регионах Иберо-Америки. Строго говоря, мы в космос попадаем по остаточному признаку, потому что отсев. Нас, бразильерос, по языковому признаку, а кубаньерос — по идеологическим соображениям. При прочих равных, конечно же.