Книга Там, на островах, страница 20 – Александр Быченин

Н-да, ситуация! — как сказал бы Вова. И руками бы ещё развёл, типа, а что делать? Не мы такие, жизнь такая! Кстати, ещё большой вопрос, как оно лучше — ждать подлянки со стороны самого Витора, или опасаться вообще всех? Последнее крайне сомнительное удовольствие, никаких нервов не хватит. Даже с учётом того факта, что мне здесь всего лишь месяц перекантоваться нужно. Вернее, целый месяц! Так что пусть уж лучше всеобщее осуждение и персональная ненависть несостоявшегося триумфатора, чем наоборот.

И альтернатива здесь ровно одна — расти в мастерстве игры, после чего дать нокаутированному красавчику сатисфакцию. Но уже по всем правилам, без «грязных» приёмчиков. «Грязных» в рамках мировоззренческой модели капоэйры, разумеется. Ведь с позиций морали всех остальных единоборцев прав как раз я. Но это тот самый случай, когда не нужно ехать в Тулу со своим самоваром. Или лезть в чужой монастырь со своим уставом. Да и вообще… хотя некий жест благородства с моей стороны не помешает. Какой? Да бог его знает! Да вот хотя бы руку страдальцу подать — тот как раз очухался достаточно, чтобы попытаться встать на ноги. Вот только обломался без посторонней помощи, а Дьогу, как будто специально, и не сообразил помочь. Хотя почему как будто? Именно что специально, иначе с чего бы ему мне подмигнуть и едва заметно указать подбородком на болезного?

— Ты это, амиго… — замялся я, протянув Витору руку, — извиняй, короче! Не рассчитал!

Ха! А ведь красавчик-мулат меня испугался! Мелькнуло что-то такое во взгляде, близкое к панике! Или даже к сожалению, что на бабьи посулы повёлся, не суть. Главное, что хвататься за мою руку не спешил, стреляя глазами то в меня, то в Дьогу.

— Давай-давай, поднимайся! — пришёл мне на помощь Маседа, протянув и свою ладонь.

Ну вот и хорошо, вот и правильно! Всё-таки Дьогу настоящий местранду, умеет к любому подход найти. И углы сгладить, не прибегая к грубой силе. И не давя авторитетом, что характерно. Наоборот, так повернул ситуацию, что, как в древнем анекдоте, и с песнями, и добровольно: Витор всё же схватился за руки помощи, причём постарался одновременно, чтобы, не дай бог, кто-нибудь чего-нибудь не подумал ненужного. Ну а мы с Дьогу общими усилиями, но аккуратно вздёрнули болезного на ноги. А Маседа ещё и заботливо придержал пострадавшего, когда его нехило мотыльнуло.

— Так, Витор, посмотри на меня! Сколько пальцев? — вернулся Дьогу к диагностическим мероприятиям.

— Д… два…

— А теперь?

— Один…

— Так, теперь следи за ним! — поводил местранду пальцем из стороны в сторону прямо перед глазами мулата. — Всё, хватит! И правда, в норме. Но на сегодня больше никаких игр! Иди, на берегу посиди, воздухом подыши!

— Да, местранду…

— А вы с ним! Обе! — грозно зыркнул Дьогу на притихших сестричек.

— Да, местранду! — с готовностью отозвалась брюнетка, а крашеная блондинка набрала было в грудь побольше воздуха, чтобы бросить что-то резкое, но, наткнувшись на зверский взгляд Маседы, мгновенно сдулась и буркнула:

— Ладно… местранду!

Н-да… а вот с ней я, похоже, попал. Причём конкретно, если уж даже Дьогу пришлось суровость изображать. И если тёмненькая… как её там? Мануэла? — убедилась, что с Витором порядок, и на этом посчитала инцидент исчерпанным, то крашеная… Флави, верно? — затаила обиду. А может, и злобу лютую. Это даже по её напряжённой спине было видно. Впрочем, допускаю, что в тот момент я и преувеличил. Слегка. На нервах, хе-хе. Плюс озабоченная физиономия Дьогу, а уж он-то её куда лучше знает!