Книга Стальной рыцарь, страница 8 – Алексей Свадковский

Я быстро ушел, время — оно не стоит на месте, солнце уже в зените, еще часа четыре или пять и уже начнет темнеть, зимний день короток. Ноги быстро топчут снег, синяя пилюля начинает отпускать, и мысли возвращаются к произошедшему. Нет. Нельзя. Не имею права, если горе накроет, смоет ледяную скорлупу спокойствия, я уже не смогу, просто не решусь. А я должен себе, отцу. Сейчас или никогда. Дом Клеща я увидел сразу.

Раньше здесь жил купец третьей гильдии Иван Петрович Скоробейников, скупавший у промысловиков меховые шкурки и продававший им все необходимое для охоты. Вот только он уехал года три назад, перебравшись в места потеплее и побезопаснее, а дом выкупил Клещ, засевший здесь со своими подручными. Раньше мы частенько бывали в гостях у купца, отец вел какие-то дела с Иваном Петровичем. Так что сам дом и обстановку внутри я знал. Вряд ли эта тварь занималась перестройкой. Кованые ворота на зависть всем соседям защищают центральный вход, но мне он и не нужен. Я обхожу двор с задней стороны, где в каменном заборе укрывается еще один незаметный проход для угольщиков и слуг, доставлявших раньше все необходимое для обитателей дома, но слишком незначительных, чтобы входить в него с парадного. К крохотной калитке подошел быстро, а потом минут десять ждал, когда парочка прохожих, идущих по пустой улице, скроется за углом. Здесь, в отличие от рынка, пешеходов почти нет. Холод стоял лютый, и все, кого не гнали дела наружу, предпочитали сидеть дома возле теплых печей. Теперь псы. Мясо, успевшее промерзнуть на холоде, я аккуратно разрезаю саблей на два неровных куска, крохотный пакетик с золотистой пыльцой осторожно раскрываю, чтобы даже пальцем не коснуться этой дряни. Затем равномерно распределяю ее по мясу и негромко стучу по калитке, привлекая внимание чутких псов. Этого им хватило, чтобы, выбежав из теплой будки, перелететь через двор с заливистым лаем. А затем замереть перед двумя здоровыми кусками мяса, переброшенными через забор. Сначала один из псов подозрительно понюхал угощение, затем второй шумно втянул воздух ноздрями. Их учили не есть ничего с чужих рук, но то, что лежало перед ними, было слишком соблазнительным. Жадный хозяин кормил объедками со стола, да и теми плохо, из-за чего у псов от голода подводило брюхо, а тут мясо. Сначала первый осторожно облизнул один из кусков, затем ухватил пастью и, не выдержав, стал шумно есть, что стало решающим для второго пса, накинувшегося на нетронутое мясо, пока и его не сожрали.

Мне оставалась лишь ждать да подглядывать за происходящим сквозь крохотную щель в заборе. Наркотик действовал быстро, не прошло и пары минут, как первый из псов, пошатнувшись на лапах, широко зевнул и улегся спать прямо на снегу возле забора. Затем к нему присоединился второй, улегшись под теплый бок брата. Ну вот и все, теперь нужно открыть проход, и это даже легче, чем первая часть плана. Сняв теплую рукавицу, я осторожно поднес ее к деревянной калитке, активируя вторую часть своего дара. Власть металла и Сила электричества были дарованы мне как родовые способности. И если о Силе электро знали все, то о второй части дара знал лишь отец. Его-то я и собирался использовать.

Навесной замок, висевший с внутренней стороны калитки, почувствовал сразу. Это даже лучше, чем простая деревянная задвижка, с ней бы мне пришлось повозиться. Я не раз и не два взаимодействовал с механизмами, именно моими стараниями Рубака столько лет оставался в строю, не рассыпавшись на запчасти. Обнаружить трещину в металле, найти изношенную запчасть или прогоревший подшипник. Соединить, нарастить, а где-то, влив силу, исправить уже сломанное. Прикрыв глаза, я почувствовал металл, ощутил замок, висящий за деревянной преградой. Потоки силы, исходящие от моей руки, невидимыми волнами проникают него, затем возвращаются назад, давая отклик и повинуясь воле, скользя внутри механизма. Холод уже начал покусывать пальцы, когда замок, наконец сдавшись, упал на снег, освобождая проход. Тихо приоткрыв калитку, я быстро зашел внутрь, осторожно пройдя мимо тел спящих псов.