Книга Игра Кота 6, страница 62 – Роман Прокофьев

— Они красивые, Хоткот, – смущенно сказала Вельди, покрасовавшись, – наверное, очень дорогие. И я чувствую себя в них настоящей волшебницей. Но… мне неуютно в этих вещах. Можно я надену свое старое платье?

— Пожалуйста, немного подожди…

Притворно вздохнув, Вельди легко запрыгнула на стойку-«ресепшн» своего магазинчика и удобно устроилась там, положив ногу на ногу и лукаво поглядывая на меня. Провокационные разрезы экипировки девушки навевали шальные мысли.

Я открыл ее интерфейс. Немного странно копаться в настройках другого персонажа, видя все ее навыки, и понимая – их изменение может полностью сменить стиль игры. Более того – обретение новых возможностей способно подтолкнуть эволюцию репутации и характера. НПС может возгордиться, обидеться, почувствовать себя счастливым или, наоборот, несчастным. Я читал о полной трансформации психотипа спутника, о «звездной болезни», о ссорах, скандалах и даже уходе «пешек» от хозяина вследствие небрежного распределения атрибутов. Например, когда из жрицы-целительницы пытались сделать боевого волшебника или из прирожденного вора лепили, к примеру, танка в тяжелой броне. Историй, посвященных отношениям с «пешками», на оффоруме был вагон и маленькая тележка.

Итак, Вельди Ниэлит, «леди-волшебница», НПС четвертого ранга. Две врожденных черты: редкий «Ген Древних», точно такой же, как у меня, и обычная «Аккуратность», слабый модификатор скорости развития ремесленных навыков. И одна черта приобретенная: таинственная «Печать Ни-Эл», в описании которой было сказано:

Вы следовали путем Великой Древней и смотрели ее глазами. Вы получили силу, осколки памяти и новое предназначение. Вы обречены бороться с ужасом воспоминаний и одновременно жаждать их.

Странный отрицательный трейт, вешающий на девушку перманентную единичку Ужаса. Из-за него один из слотов инкрустации был отведен под камень эстели. Впрочем, я крепко подозревал, что именно «Печати», шраму пройденного пути, Вельди и была обязана прыжку на четвертый ранг.

Девяносто девять свободных атрибутов (последний пункт получен прошлой ночью за достижение, о котором я не буду рассказывать), сто тридцать пять тысяч очков мастерства. Сейчас, с учетом плюсов экипировки и сетовых бонусов, все основные статы кастера: Интеллект, Дух, Мудрость уже слегка зашкаливали за сотню. Топовый уровень. Невероятный потенциал.

Открыв профайл «от Олафа», я начал вкладывать свободные атрибуты и очки мастерства, одновременно внимательно следя за окошком неактивных архетипов Вельди.

— Ты решил сделать это с бедной девушкой? – изумленно выдохнула Вельди, широко распахнув глаза.

— Ты же хотела быть волшебницей, Вельди?

В ответ девушка крепко зажмурилась, прижав к себе пришедшего Фредерика.

Несколько десятков необычных и редкие архетипов было уже доступно, моя спутница соответствовала всем требованиям. Но зачем нам эта посредственность, я ориентировался на гораздо более заманчивую цель. На отметке в сто тридцать Интеллекта загорелся фиолетовым абрисом эпика «Псион», затем «Мастер Созерцания», а за ними и «Псиманант», архетип мощнейшего контроллера, виртуозно использующего ментальную силу. Многие игроки Сферы мечтали заполучить его возможности, обладатели прокачанных псионических классов считались опаснейшими противниками.