Книга Дикая Охота, страница 76 – Роман Прокофьев

Поток кошмарных видений хлынул мне в голову. Спустя мгновение я пожалел, что связался с этим, через два — что способен это понять, а на третье — что вообще родился на белый свет.

Теперь я знал то, что знал и видел он. На мгновение стал им, побывал там, откуда он выполз, — и это было кошмарнее, чем умереть. Не выдержав, я закричал, заорал, завопил, и, чувствуя мою боль и мою волю, мое желание избавиться от этого, Вершитель сам с хрустом насадился на Копье. Спустя миг я сдавил кольцо — и золотая вспышка разнесла Червя на тысячу обугленных частей.

В меня влились Руны и Кровь. Интересные Руны и много Крови. Наблюдатель прислал серебряную награду и два новых, совершенно невероятных задания.

Одно подсвечивало золотом, а второе… невиданной прежде лазурно-голубой рамкой небесного ранга.

Но мне было уже плевать на все это — тяжело дыша и вздрагивая, я опустился у стены каньона и, опираясь на Копье, сел прямо в воду, оглушенный и абсолютно опустошенный. В голове крутились жуткие видения из памяти Червя, и я никак не мог их остановить.

Дом.

Вершитель двигался по его извилистым тоннелям, проникая сквозь пульсирующие слизистые диафрагмы, пробегая прямо по панцирям суетившихся низших, либо, когда они полностью заполняли ход, феромонными командами приказывая пропустить его. Столпотворение было привычным, хаос подчинялся строгому порядку, каждая каста выполняла Его волю. Тысячи Слуг и Рабочих, несущие еду, строящие или обслуживающие Дом, десятки самых разнообразных форм — от крохотных Личинок, облепивших неподвижных, обросших питательной грибницей Пищевиков, до громадных, проделывающих новые тоннели Копателей или скользящих по вертикальным ходам длинных Многоножек, несущих на спинах сотни других особей. Вершитель знал, что Он может вырастить низшую особь любого облика — ту, которая будет нужна Дому. Мельчайших Червей, способных заразить воду и прорасти в чужих телах, и огромных Броненосцев, готовых даже под ненавистной Болью сокрушать стены вражеских крепостей. Он может все!

Вершителя призвали. Трепет от Его касания пронзал всю его суть — ибо для служения Ему, как проводники Его желаний и Его воли, все они и были созданы. Честь и высшее наслаждение — быть полезным Ему, действовать во имя Его блага…

Бесконечные тоннели, заполненные низшими, начали расширяться, вливаясь в огромный зал, находящийся в самом сердце Дома. Он всегда был покрыт множеством кормящих Матерей, как старых, огромных, окруженных зарослями кладки в многочисленных родильных камерах, так и молодых, только расправляющих тонкие крылья и порхающих вокруг Его обиталища.

К нему, центральной части и основе Улья, со стен и потолка тянулось множество пульсирующих нитей, связывающих Его с Домом. Вершитель пробежал по одной из них, лавируя меж почтительно замерших Воинов, охраняющих Его, и Консортов, всегда пребывающих подле молодых, требующих оплодотворения Королев.

Возле обиталища, чьи корни уходили глубоко вниз, застыли собратья — огромные, окруженные свитой Полководцы, ведомые подросшими Детьми. Были среди них и Всадники, и те, что еще не стали ими. Некоторые из них, пока не заслужившие Дитя и потому не успевшие измениться, выглядели и пахли отвратительно — маленькие беспанцирные существа, напоминающие беспомощных голых личинок. Подобные им взращивали Боль и потому были достойны лишь стать Его кормом…