Книга Семь Древ Янтандера, страница 125 – Роман Прокофьев

— Теперь, — сказал Пламени Подобный, — Выбирать должны мы.

Один затвор, два ключа и четыре Кургана. Янтандер, Лодочник, Король Хвори и четвертый, неизвестный Брат. Ключи родов Роан и Варрен небо забрало на тинге — и потому дверей у Тысячи оставалось две: Талас и Амарис. Смертельно холодная логика сфер — пока Предатель ломает Курган Янтандера, они вскрывают другой.

Значит, Амарис. Первый Ключ Амарис — единственное, что у них было, и Живой Рубеж этого Кургана еще стоял. Кто лежит под ним, заветы не говорили — с равными шансами это мог быть Лодочник или кто-то из тех, кого не стоит пробуждать.

Плохой выбор. Самое плохое, что Предатель тоже прекрасно понимал все это — он рассчитывал покончить с Талас быстрее, чем они — с Амарис. И имел на это огромные шансы, потому что он — небо, а они — слабое золото. И еще этот выбор означал, что Янтандер, уста и голос Тысячи, мудрец и философ, тот самый Брат, что никогда не брал в руки оружия, будет принесен в жертву.

Моргейн и Пламени Подобный смотрели друг на друга, и все было ясно без слов.

— Мы не можем его победить, — сказал осколок Забытого, — Но нас уже двое, и мы заставим его выбирать.

— Янтандер или Лодочник, — откликнулась Моргейн, — Вижу.

Он протянул ей оплавленный, черный обломок Первого Ключа.

— Возьми. Курган рода Амарис. Если Лодочник там…

— Я всегда знаю, где он…

— Тогда освободи его. Тысяче нужен тот, кто повернет реку времени. Кейнор поможет, если ты проложишь пути.

— Кейнор… — прошептала Моргейн, — А ты, брат?

— А я, — сказал Пламени Подобный, и в груди вновь кольнуло льдом, — Куплю нам время.

Он неотрывно смотрел в сторону замка Талас и Моргейн вновь поняла все без слов.

— Ты не устоишь перед Разделителем.

— Мне не нужно устоять. Я всего лишь не дам ему закончить начатое.

— Как прежде. Братья держат врага, пока я открываю дорогу, — медленно произнесла та, что когда-то звалась Владычицей Путей, и сквозь черты Илианы кель’Саар на мгновение проступил ее гордый и печальный лик, — Только прежде нас было больше.

— Будет, — ответил Пламени Подобный.

— Сперва я сдержу твою Клятву, — сказала Моргейн. Она поднесла к губам Говорящий Камень, — Тарк! Да, жива… Я хочу говорить с родом. Нет, сейчас же!

Голос, принадлежавший Илиане, отразился внизу долгим эхом, пошел по стенам и башням, и в нем звучал нездешний холод, потому что им говорила Одна из Тысячи.

— Род Кель’Саар! Говорит Первый Ключ. Вы видели… Замок рода Майр уничтожен вместе с Игг-Древом. Храм Вечности уничтожен. Хранители кель-родов мертвы. Печати Путей сняты, Рубежи сломаны. Другие Курганы пали или вскоре падут. То, что предрекали заветы, случилось. Снят последний затвор!

Она сделала паузу, и тишина внизу показалась оглушительной:

— Наша стража закончена. Наш Круг — обречен. Приказываю всем — оставить посты. Оставить Замок. Забрать содержимое Хранилищ и немедленно отступать через открытые Пути. Первыми пусть идут старики, женщины и дети. Вторыми — стражи и ключники. Времени у рода — пока горят врата. Тот, кто ослушается моих слов — умрет.

Внизу повисла потрясенная тишина. Потом Камень ответил, мужским голосом:

— Хранительница… Куда?

Вновь полыхнула Скрижаль. Моргейн сжала Руну, полученную в чреве Змеи, и далеко внизу, во дворе Замка вспыхнуло серебряное полотно Портала. Врата — которые пропустят сотни, и легко поглотят весь кель-род.