Книга Хлад – 1, страница 118 – Алекс Каменев

Я скривился.

— О человечестве пока забудем. Лучше подумаем о пользе для Северного Удела и корпорации Бельских. Но еще лучше, сделаем это вашим отдельным проектом.

Глебов нахмурился.

— То есть я не буду работать в штате корпорации?

Надо отдать ему должное, соображал он действительно быстро, моментально улавливая намеки. Должно быть, навострился в борьбе за место на кафедре. У ученой братии конкуренция бывает не менее жестокой, чем борьба за власть среди кланов.

— У вас будет собственная лаборатория со всем необходимым для исследований и полным финансированием, – пообещал я.

Деньги на проект были, почти сразу после получения кредитной линии от советников я вывел значительные суммы, раскидав по разным банковским счетам, в том числе анонимным (в этом очень помогли знания, полученные на уроках по бизнесу в «Серебряном ручье»).

Что касается Глебова и его исследований, то я решил их придержать для себя, не посвящая остальных Бельских (и тем более советников) в детали.

— Так что, мы договорились? – я протянул руку.

Ученый помедлил, явно не веря, что вылазка в запретную зону закончился столь неожиданным образом, но потом шагнул вперед и уверенно сжал мою руку.

— Договорились, ваша светлость. Я весь в вашем распоряжении.

И снова одиночество на берегу. Вода медленно движется, оказывая гипнотический эффект. Взгляд стекленеет, сознание затягивает в темный водоворот. Окружающая реальность рассыпается осколками подобно разбитому зеркалу. Разум теряется, пока не обнаруживает себя посреди великого ничто. Это не пустота в привычном понимании слова. Это нечто намного большее, настолько огромное, что человеческий разум едва ли может постичь.

И приходит понимание – отсюда зародились стихии. Это их родина, их родной дом. Откуда все пришло и сюда однажды все уйдет, в том числе каждый из живущих людей. Это начало и конец. Альфа и омега. То, откуда мы все произошли и куда все уйдем.

Я понял это с кристальной ясностью, и рассудком овладел страх. Это длилось мгновение, но его хватило, чтобы нечто неосязаемое проявило в возникшей пустоте интерес.

За долю секунды меня просеяли, взвесили, оценили, разбив сознание на осколки, и аккуратно собрали, словно хрупкую вазу. На мгновение я почувствовал себя пустым сосудом, который заполняет морозный туман. Но ощущение схлынуло, выталкивая обратно. В следующий миг я вновь осознал себя сидящим на берегу.

— Что за черт, – я встряхнул головой, прогоняя остатки видения.

Что это? Галлюцинации или реальность? Нужно дышать и не думать. Концентрация и медиативная техника, не дать Хладу завладеть сознанием. Не дать поглотить, превращая в безумца.

Но вместо спокойствия я вдруг вспомнил недавнюю встречу. Забавно, но смешной ученый по фамилии Глебов не усомнился в моем праве заключать столь серьезные сделки. На возраст он даже не посмотрел. Интересно, почему? Любой другой задумался бы, а этот без колебаний пожал руку.

Спросил и тут ответил. Возможно, потому, что видел перед собой не шестнадцатилетнего пацана? Для людей важен титул, но еще важнее отношение к древнему роду, обладающему магическим даром. Это советники и Бельские видели перед собой сопляка (по крайней мере, вначале, сейчас ситуация слегка изменилась). Обычные люди в первую очередь видели князя, пусть и молодого, но князя, законного властителя одного из уделов.