Книга Звездный Июль, страница 37 – Светлана Нарватова

Если бы артефакт не работал, концерт бы всё равно прошёл. Потому что поёт Крис прекрасно безо всяких «усилителей». Но того «накала страстей» скорее всего бы не было.

— А теперь помассируй голову, - велел мне работодатель.

Я, между прочим, не массажистка!

Хотя платят мне так, будто я и массажистка, и гримёрша, и брадобрей… и артефактор до кучи!

Вздохнув, я зашла за кресло и погрузила пальцы в волосы Хогера. Они уже подсохли и на ощупь были мягкими и нежными. Я начала массировать  кожу кончиками пальцев, а на меня обрушилось такое блаженство, что я чуть не застонала. Каждое моё движение отражалось внутри восторженным эхом.

Зачем он это сейчас делает?..

…Что из того, что я испытывала здесь совсем недавно, было моими чувствами, а что –внушёнными? И ради чего? В качестве «распевки»?! Прочистить перед концертом ментальные каналы?

Я против, чтобы меня использовали для «распевки»!

Я могла понять, что меня используют… в интимных целях. Это мой выбор. Моё решение.

Но если меня заставляют чувствовать то, что на самом деле я не испытываю… Подменяют мои эмоции вымышленными…

— Как вам концерт, Грейс? – Мне показалось, что голос маэстро дрогнул.

После сегодняшних открытий я уже никогда не смогу воспринимать Хогера как раньше.

Я вдруг осознала: сейчас рядом со мной сидит бастард императорской фамилии!

Пусть это и всего лишь слухи.

Ведь на самом деле я не знаю, правда это или нет. Может, я всё понафантазировала сейчас, поверив тётушке с богатым воображением!

— Хороший концерт.

— Так вам понравилось или нет?

— Конечно, понравился! Разве ваш концерт, Крис, может не понравиться? – Я вспомнила, что собиралась забрасывать его комплементами.

К тому же концерт действительно был хорош.

Это потом я наслушалась теорий соседки.

— А какая песня вам нравится больше всего? – О, маэстро достаточно ожил, чтобы заговорить?

— Не могу выделить. Мне нравятся все. – К тому же сегодня я услышала их впервые. У меня элементарно не было времени понять, что мне нравится больше.

— Но ведь есть же самая-самая любимая песня? – Хогер обернулся, чтобы на меня взглянуть. Не знаю, дело в креме, массаже или отдыхе, но теперь впечатления умирающего он не производил.

Я поняла, что от меня не отстанут.

— Если честно, то больше всего мне понравилась последняя, - решила я проявить солидарность с самим музыкантом, который говорил, что это его любимая песня.

И в тот же момент я испытала невероятное облегчение.

Просто камень с души упал.

…Это я успокоилась, что нашла удачную отговорку, или не я?

— Вам уже лучше, Крис?

— Да, Грейс, благодарю. Голова отпустила. Думаю, где-то минут через двадцать мы выедем. Будь готова.

— К чему?!

— К банкету.

Грейс

Фраза о подготовке к банкету прямо в Императорской опере могла бы выглядеть как издевательство. Но у меня и дома не было, во что переодеться.

И дома тоже не было. Но это к банкету отношения не имело.

И я решила, что готовиться следует морально.

Вышла из гримёрки и практически столкнулась с Донованом.

— Как он? – набросился на меня концертный директор.

— Живой. – Поёжилась под его взглядом. – Пришёл в себя, в смысле. Разговаривает. Готов ехать на банкет. А мне можно не ехать?

Живот громко возмутился, и положила на него руку, будто могла его заткнуть.