Книга Девяносто девять бед и майор для круглого счета, страница 25 – Светлана Нарватова

— Ну я точно не знаю… Но разговоры слышала!

— Разговоры — это очень важный источник информации! — одобрил я и выдохнул. Ой, ну чего эти бабки между собой только не говорят! Тем более о молодых симпатичных барышнях! — Кстати, а во сколько начался тот детектив, который вы вчера смотрели, когда Лев вышел из подъезда?

— В десять — десять! Как сейчас помню! — бодро отрапортовала Алефтина Витольдовна.

— Не заметили каких-то странностей в его поведении, походке? Может, он покачивался, спотыкался?

— Да ещё чего! Шёл весь важный. — Она изобразила на лице повышенную важность. — Такой, расфуфыренный! Альфа нашёлся! — Расфуфыренность старшая по дому передала размахом плеч и развязностью шага. — Тьфу! Да он под стол щенком скакал, когда я уже четвертый дом сменила! Никакого уважения!

Она ткнула пальцем в небо, будто приводила его в свидетели неподобающих манер.

Я покивал. Отчаянный мужик — этот Лев! Я бы поостерёгся такой старой ведьме неуважение оказывать. Пусть она и утверждает, что всего лишь старшая по дому. Даже аптекарь-чернокнижник ей мусорку под окна вываливает под видом, что промахнулся. А аптекарь — это сила, что ни говори!

— Благодарю за помощь следствию и активную гражданскую позицию, — похвалил я, и Алефтина Витольдовна вытянулась в «смирно», как новобранец перед генералом.

Я шагнул на лестницу, ведущую на третий этаж.

— Так вы вечерком-то заходите! На пирожки! — крикнула мне в спину старушка.

— Непременно! Как только с делами разберусь, так сразу! — пообещал я. Благо дел у меня было много и разных.

Дверь к Клыкову была по-прежнему не заперта. Внутри всё так же был погром и полное отсутствие живых людей.

Мёртвых, к счастью, тоже не добавилось.

Я обошёл всю квартиру. Следов крови нигде не обнаружилось. Были опрокинуты несколько стульев, местами подрана мягкая мебель. Обувь раскидана по всем комнатам, будто её распинали. На полу в осколках стекла лежали разбитые рамки дипломов о занятых местах в соревнованиях по бодибилдингу и единоборствам. Коллекция медалей висела в зале под фотографиями полуобнажённого рельефного тела. Общая картинка подтверждала справедливость слов «домовой»: Лев Николаевич — павлин ещё тот. Видимо, одинокими вечерами он присаживался напротив своего иконостаса и как давай надра… -ивать свою гордость!

Сотовый телефон обнаружился в спальне выключенным. На столе стоял ноутбук. К сожалению, без пароля включить его я не смог, но, надеюсь, наши эксперты с ним справятся. Пусть явиться на Туманную, 13, им повышенная тонкость кишки мешает, но, в конце концов, за что-то же они деньги получают?

Когда я уже собирался выходить, по привычке оглядел прихожую, не забыл ли чего. И мой взгляд зацепился за металлический предмет. Я наклонился, и с удивлением обнаружил за чудом устоявшим в коридоре кроссовком ключ от квартиры!

События в квартире тридцать восемь стали ещё менее понятными и более загадочными.

Но ничего! Мы не привыкли отступать! Сегодня вечером я непременно поставлю точку в этом неясном деле в этом непонятном доме!

В отделение я вернулся как добытчик. Заглянул к техникам, отдал им телефон и ноут с бирками. Те посмотрели на меня с выражением «о-го!», что очень бы польстило, если бы между собой втихую они не обменялись взглядами «он больной, что ли?». Поэтому я всё же зашёл к экспертам и сдался на всё — чтобы исключить химическое воздействие. Крови из меня нацедили с полведра, как вампиру на ужин, со словами: «понимаем, это для самоуспокоения», но к психиатру посоветовали пока не идти. Между строк сквозило: «Мы ещё к вам привыкнуть не успели, и опять новый начальник?». За сим я посчитал свой долг исполненным и устроился в кабинете.