Книга Тройная метка. Истинная диких Альф, страница 12 – Екатерина Антонова

Бабушка забирает пустую тарелку и направляется к двери.

На мгновение мне хочется окликнуть её.

Сказать: «Посмотри, у меня на животе клеймо! Оно болит и зовет мужчин, которых я ни разу не встречала!».

Уже открываю рот, но в последний момент прикусываю язык.

В нашей семье такие темы были под строжайшим запретом.

Обсуждать секс, желания, физиологию?

Мать сочла бы это верхом распущенности. Стыд, впитанный с молоком матери, оказывается сильнее доверия.

После обеда на меня наваливается усталость. Спускаюсь вниз, молча мою посуду. Где-то снаружи слышу голоса, поют птички. Тут так… свободно.

Дедушка сидит в кресле у камина с книгой в руках.

— Хочу немного поспать, — топчусь на пороге гостиной.

— Как ты, внучка? — дедушка хмурится, я чувствую, как он напряжен.

— Хорошо. Правда. Тут… так легко дышится.

Дед пристально смотрит на меня. Его глаза кажутся темнее обычного.

— Если вдруг… почувствуешь что-то странное или испугаешься — я рядом, Ева. Помни об этом.

Киваю и быстро ухожу к себе. Стоит голове коснуться подушки, как проваливаюсь в сон.

Мне снятся они. Те, кого я не знаю, но кого чувствую всем своим естеством.

Похотливое рычание, алые вспышки в темноте. Огромные волки кружат вокруг меня, а затем их тела меняются, и передо мной возникают трое нагих мужчин.

Я не вижу лиц, только их мощные тела, перекатывающиеся мышцы и этот невозможный, первобытный зов.

Я хочу их всех. Сразу.

Просыпаюсь в холодном поту от собственного вскрика.

Тело сходит с ума. Низ живота сводит судорогой, вся ночнушка мокрая.

Меня нестерпимо тянет в лес. Словно там, за стенами дома, я найду ответы.

И тут снаружи раздается вой.

Низкий, мощный, вибрирующий. Он проходит сквозь мое тело волной дрожи. Этот звук… словно приказ.

Волчица внутри делает решающий рывок.

Я больше не могу её удерживать. Кости начинают хрустеть, меняясь, кожа горит.

Оборачиваюсь прямо в комнате, в клочья разрывая ночнушку.

Я больше не Ева.

Я — зверь, запертый в собственном теле. Не могу сопротивляться инстинкту и лишь наблюдаю за тем, как моя волчица вышибает оконную раму.

Прыжок со второго этажа. Приземление на четыре лапы.

Лунный свет слепит. Полнолуние.

Я закидываю голову и вою, выпуская все свои чувства.

Никогда раньше себе такого не позволяла, но сейчас будто с голосом выходит вся боль…

Я больше не управляю собой.

Несусь через заднюю калитку и скрываюсь в лесу. Лапы мягко погружаются во влажную траву, ветки хлещут по телу, но я не чувствую боли. Только зов.

Бежать. Быстрее. К ним.

И вдруг я резко замираю. Шерсть на загривке встает дыбом.

В двадцати метрах от меня возникает он. Огромный серый волк.

Он раза в два крупнее меня, мышцы бугрятся под густым мехом.

Глаза горят кроваво-красным, а с обнаженных клыков стекает вязкая слюна.

Моя внутренняя волчица скулит, припадая к земле в благоговейном ужасе.

Не успеваю даже рыкнуть, как он бросается на меня…

Ева

Благоговение. Первобытное, лишающее воли. Оно наполняет все мое существо. Заставляет забыть о страхе…

Моя волчица преклоняется перед существом, кажущимся воплощением самой ночи.

Но когда огромный серый волк скалится, обнажая длинные острые клыки… когда он делает шаг ко мне, сокращая дистанцию… меня накрывает ужас.

Он огромный! Никогда в жизни я не видела волка таких размеров!