Книга Семь. Гордыня, страница 61 – Антонио Морале

— Вполне, — пожал плечами.

— Хорошо. Тогда жду вас завтра в 7:45 на смене, Алексей Меньшиков. Не опаздывайте. Ваш пропуск будет ждать вас на охране.

— Вот и ладушки. Кстати, раз уж мы с тобой начали так хорошо сотрудничать. Ты не знаешь, почему отец просто не продаст убыточный завод? Что за хитрые схемы с дарением?

— Я не знаю, — снова растерялся Виктор Андреевич, виновато захлопав глазками.

— А если подумать?

— Если подумать… — медленно повторил за мной директор. — Не выйдет его просто так продать. Долги по зарплате, перед поставщиками, обязательства перед профсоюзами. Да и не только. Раньше это был оборонный завод, его так просто не продают. Там же военная документация сохранена. Когда ваш отец покупал его, там столько обязательств на него повесили. Всё это не просто.

— А подарить, значит, можно?

— Ну, одному из наследников, который и так унаследует его. Почему бы и нет?

— А закрыть? Разогнать всех к чертям и закрыть?

— Жалко людей, наверное, на улицу выбрасывать, — пожал плечами директор.

— Это вряд ли.

— Тогда… Я не знаю. Может, не доходили руки.

— Ладно, разберёмся.

— А! — неожиданно выкрикнул Семёнов. — Я понял. Завод по бумагам всё ещё идёт как оборонное предприятие.

— И?

— Есть две вещи, которые позволяет статус такого предприятия: изготавливать оружие и содержать маленькую легальную частную армию в городе для его охраны.

— Но отец ничего военного не производил на нём.

— Не производил, — подтвердил директор, — но, насколько мне известно, у вашего отца есть солидная охранная контора, которая по факту и есть маленькая частная армия.

— Но теперь он не сможет её держать, раз отдал завод.

— Отнюдь. Скорее всего, ваш отец давно узаконил её как-то иначе, а теперь избавился и от завода. Как только подвернулся удобный случай.

— Вот жук!

— Умный и проницательный человек! — довольно промурлыкал Виктор Андреевич. — Я могу идти? Если мы всё прояснили…

— Да, иди.

— До завтра, Алексей Михайлович.

Директор моего заводика вышел из машины, поклонился мне на прощание и бодрым шагом, пока я не придумал что-то ещё, последовал к своему авто. Надеюсь, он завтра не спалит своим поведением моё инкогнито, хотя, на дурака он не похож. Но мне всё равно придётся просить отца выделить людей, которые смогут проконтролировать всё то, что я наобещал этому говнюку, проследить за возвращением наворованных денег, и образумить бывшую жену и тещу Семёнова. Да уж… Дел невпроворот. И нахрена я на это подписался? Ладно, разберусь. Всегда разбирался.

Больше всего во всём этом меня смущала необходимость идти с такими вопросами к папке. Нужно обзаводиться своими людьми, сотрудниками, исполнителями, помощниками. Только где их взять? Ни друзей, ни товарищей за свою короткую жизнь я нажить так и не смог. Хреново, конечно. А всему виной — мой скверный, противный, бунтарский характер и неспособность доверять людям, наверное. После того как от тебя отказывается и предаёт собственная семья, сложно верить людям. Ладно, прорвёмся…

Я завёл двигатель, сделал круг по опустевшей парковке и направил авто в сторону скоростной автострады. Прокачусь с ветерком и спать. Завтра рано вставать на первую в моей жизни настоящую работу.

Первая рабочая неделя пролетела незаметно. Десятичасовой рабочий день, с понедельника по субботу — всё как у всех. Почти как в военной Академии: подъём в шесть утра, зарядка, душ, завтрак и на полигон, вернее, на завод. Десять часов облагораживающего труда, и я снова свободный человек. Вроде, не сложно.