Книга Проклятье, с*ка! Книга 4, страница 9 – Антонио Морале

— Господин ректор… — осторожно начал я разговор, оглядывая помещение, в котором раньше не бывал, и о существовании которого даже не догадывался.

— О! Максик! Ты уже пришёл… — Ямамото взглянул на самые обычные механические часы на своём запястье и покачал головой. — Что-то я заработался…

Максик… Что-то было не так в этом ректоре. Никогда он не называл меня по имени, никогда не фамильярничал и никогда я не видел его таким… таким… Без пиджака, без галстука, с закатанными по локоть рукавами белоснежной рубашки и с прутом в руках. А вот и розги. А я ведь знал! Чуяла моя задница, что будут розги! Но свою жо… спину я в обиду не дам. На это я точно не подписывался.

— Простите, господин ректор, мне казалось, вы меня вызвали.

— Да, точно. Совсем вылетело из головы. — Ямамото тяжело вздохнул, снимая ноги с «подставки», и потянулся к галстуку, лежащему на подлокотнике кресла. — Подождёшь меня там? — кивнул он в сторону двери. — У меня к тебе конфиденциальный разговор, не для посторонних ушей. Я сейчас закончу здесь и выйду к тебе.

— Не вопрос. — легко согласился я, ещё раз осмотрелся, покачал головой и пошёл в сторону выхода…

Я успел плеснуть себе коньяка из ректорского бара, развалился на гостевом диванчике и задумчиво уставился в потолок, взбалтывая «дубовый» напиток в бокале и вдыхая его аромат. Ректор объявился минут через пять — выбрался из своей каморки, поправил галстук на шее и одёрнул полы пиджака.

— Студентки? — кивнул я на медленно захлопнувшуюся за ним дверку его тайной комнатки.

— Кто? А, эти! Да, отрабатывают повинность, знаешь-ли. Молодёжь сейчас такая пошла… Слов совсем не понимают. — ректор осуждающе покачал головой. — Приходится доносить всё через боль. Не доходит через голову — дойдёт через жопу, как говаривал мой дед.

— А оголять груди студенток для этого обязательно?

— Не обязательно, это ты верно подметил. Но это уже для души. — развел хозяин кабинета руками. — Чтобы не перегореть на работе. А работа у нас сам знаешь какая — нервная и неблагодарная…

Да уж, я думал Ямамото смутится или начнёт оправдываться, но он был непробиваем, ещё и отвечал так небрежно… словно ничего такого не произошло. Занял привычное место за своим столом, сложил руки в замок перед собой, выразительно посмотрел на мои нагло закинутые на его диван ноги в обуви и бокал в моей руке, и хмыкнул.

— Я вижу, ты неплохо тут устроился, Максик.

— Забавно… — хмыкнул я в ответ, бросив на Ямамото беглый взгляд и вернувшись к своему занятию. — Ректор никогда не называл меня по имени, и уж тем более Максиком. Кацу, а как ты пробрался через его защиту?

— Догадался, да? — хмыкнул глава клана Мори, разговаривающий сейчас со мной через тушку ректора.

— Это было не сложно. Отпечаток твоей ауры, вот этот слизень в его голове — его же видно невооружённым взглядом. — немного слукавил я.

— Ну не скажи. Не все могут его засечь, я бы сказал — людей, способных на это, я могу пересчитать по пальцам правой руки. А в неактивном состоянии тем более.

— В неактивном состоянии?

— Да. Когда я отпускаю марионетку, слепок моей ауры остаётся, но он настолько мал, что его практически невидно. Когда мне нужно вернуть контроль, я просто напитываю его силой. Поэтому, ты смог разглядеть его, сейчас он в активном состоянии. — разочарованно вздохнул Кацу Мори и тут же мечтательно улыбнулся. — Люблю я этого парнишку. У него такие интересные развлечения, а тут так много покорных студенточек, готовых за хорошую характеристику услужить руководителю школы, что мне сложно иногда удержаться. Ямамото мой любимчик. Я сам как-то подумывал в одно время стать ректором этого заведения, тем более, мне предлагали. Но ты меня знаешь, не люблю я покидать свою уютную берлогу.