Книга Кодекс Инквизитора. Книга IV, страница 47 – Антонио Морале, Ник Росс

— Чё вылупились, Дашку кто-нить подымет, или так и будете пялиться? — вопросила я, подивившись, как слабо и подавленно звучит голос.

— Ваше Высочество, так это правда? Смерть не конец? — не удержался Безобразов.

— Для вас, Роман, смерть лишь начало пути. Богиня Зимы щедра: служи ей, и твои деяния не останутся незамеченными, а коли веру предашь, то девять кругов ада с овчинку покажутся. Это всех касается!

— Оль, тебе плохо? — Заметив мою слабость, Лопухина решила протянуть руку помощи.

Остановив подругу, достала горсть чёрных батареек. После неудавшегося представления допинг не повредит. Знала бы, чем закончится призыв нежити, троекратно подумала бы: а надо ли оно мне? Раскатала губу, дурилка картонная, ничему жизнь не учит!

Не всё в подлунном мире так просто, как кажется на первый взгляд, а я ещё хотела взять под командование легионы Мораны. Вот тут бы мне и настал конец! Нет худа без добра: теперь хоть имею смутное представление, каково верховодить миром мёртвых и сколько жизненной силы требуется на нехитрые манипуляции.

Пару минут назад считала, что нахожусь на вершине пирамиды, а сейчас понимаю, что треклятая пирамида едва не погребла под собственным весом. Урок усвоен. Душа — дешёвка, когда в кармане рубль, а понтов на тысячу.

Благостная картина, где я стою на высоком холме и одним движением бровей гоню бесчисленные полки витязей в бой, растаяла утренним туманом. Пройдут годы, если не десятилетия, прежде чем раскачаю источник силы до величин, способных творить настоящие чудеса, а не те фокусы, что мне нынче доступны. Нет у меня никаких полков покамест, а может, и не будет вовсе. От прямых боестолкновений в ближайшее время, пожалуй, откажусь — жирок нагулять надобно. Лютому и Шороху необходима передышка и время на рекрутирование порядочного воинства, а там, глядишь, враги подумают хорошенько, прежде чем лезть на рожон. Подковёрной возни и подлых диверсий не избежать, придётся держать удар и отвечать соразмерно, а где и действовать превентивно. Главное в этом деле — никогда ничего никому не прощать. Терпилой не была и принципы нарушать не собираюсь!

— Друзья, минуту внимания! Хочу выразить вам благодарность за всё, что вы для меня сделали. В свою очередь, клянусь, что встану на защиту ваших родов, чего бы мне это ни стоило. Слово сказано! Чёрная луна тому свидетель!

Одиннадцать мечей взметнулись вверх, знаменуя клятву. Из-под храмового купола повалил густой снег, покрывая пушистым ковром нефритовые напольные плиты.

Убрав клинок в подпространство, сгребла с алтаря пригоршню снега и, слепив крепкий снежок, пульнула в лоб Лопухиной. Соратникам особого приглашения к битве не потребовалось. Разделившись на два лагеря — каждый под командованием одного из генералов, — схлестнулись стенка на стенку в нешуточной баталии.

Летящие в разные стороны рассыпчатые снаряды, шум, гам, веселье. Мы резвились, будто малые дети, позабыв обо всём.

Проблемы минувших дней, боль потерь и лишений остались где-то позади. Отрешившись на миг от мирского, я радовалась жизни в кругу друзей, упиваясь игрой и звонким хрустальным смехом Мораны, который никто, кроме меня, не слышал, и чувствовала себя самым счастливым человеком во вселенной.

Не забыла и про Василису, вручив той управление телом, — не всё же второй половине чахнуть у лесного озера.