Книга Кодекс Инквизитора. Книга II, страница 7 – Антонио Морале, Ник Росс

Пнула Шороха под рёбра — полкан, недовольно забулькав, распахнул глаза.

— С добрым утром, господин полковник. Я сейчас тебя развяжу, но ты особо не дёргайся, ага? Мы в разломе, и тебе выпала честь его покорить. Войдёшь в историю, сразу после меня, — ехидно оскалившись, рассекала путы.

Полковник, ощупав лицо, респиратор срывать не стал. Не дурак, значит, — поживёт ещё немного. А вот я сняла, надоел он мне. Состав воздуха близок к земному и к гибели соискателей приключений отношения не имел, как и сами зубастые цветочки. Скорп это выяснил ещё два часа назад, пока я ползала среди костей. На останках следов зубов не выявлено. Кто или что убило разломщиков — загадка, которую нам и предстоит разгадать в скором времени, если повезёт, конечно, и мы сами не составим компанию костякам.

— Ваше Высочество! Прошу простить меня за грубость, но мне кажется, что вы с глузду съехали, и уже давно! — Шорох содрал маску, но выкидывать не стал, бережно уложив в подсумок, огляделся по сторонам.

— Да перестань, полковник! Где твой исследовательский дух? Это же Императорский разлом. Здесь погиб сам Рюрик, прародитель русской княжеской, ставшей впоследствии царствующей династии, мой далёкий предок! Тебе выдался редкий шанс подышать воздухом этого святого для всех Рюриковичей места. Оттого и зовётся разлом императорским. Здесь сокрыто средоточие силы, и мы его непременно отыщем. Трофеи напополам, но если сдохнешь, я твою половину себе оставлю. Да не смотри ты так на выход, нет его там, это двухсторонняя аномалия. Как думаешь, почему наши мёртвые друзья такие мёртвые? — Подобрав с земли череп, зашвырнула в сторону бреши — вот сейчас и проверю теорию.

Так и знала! Вход — копейка, выход — рупь! И кто же такой умный чары наложил, да ещё какие! Любо-дорого посмотреть. Куда там имперским магам да колдунам, если истинный взор сбоит от эдакой многомерности гексаграмм. Ломать даже пытаться не стану: не по Сеньке шапка.

Обугленный череп, подкатившись к ногам, замер и вытаращился на меня осуждающе тёмными провалами глазных впадин. В следующий момент что-то громоподобно треснуло, будто вековой дуб разломали пополам, а затем всё затихло. Кажется, сейчас мы выясним, кто именно бесчинствует в аномалии. Призвав родовой клинок в правую руку, а обретённый кровавый меч в левую, встала в боевую стойку, изготовившись к бою.

То или что я увидела, заставило призадуматься о смысле бытия и правильности кое-каких принятых решений. Глубоко копнуть не успела: а как здесь успеешь, когда размытое нечто садануло в грудь с такой мощью, что из меня дух вышибло напрочь, а ноги задрались выше головы. Брякнувшись со всего маху на спину, узрела пролетающее над поляной туловище полковника. Хорошо пошёл. Кусты смягчили падение — надеюсь, жив боец, а то грустно будет без общества по разлому блукать. Подскочив рывком из положения лёжа, тут же ушла в перекат, на лету подхватывая с земли багровый клинок. Родового меча не видать — походу, сгинул в груде костей, сыщу после боя, если жива останусь.

Крутанув кровавый клинок, заозиралась по сторонам в тщетной попытке отыскать недруга. Супостат как в воду канул. Кликнув Бульку, скомандовала: «Фас», но вместо того, чтобы разыскать и схарчить агрессора, питомица прилепилась к пояснице, поближе к седалищу, деликатно намекая, что на этот раз будет прикрывать тылы, а в ближний бой не полезет ни за какие коврижки.