Книга Его дерзкая девочка, страница 92 – Алекс Коваль, Анна Мишина

Моя себя долго ждать не заставила.

Набрав целых два контейнера сладостей и выпечки, прихватив для себя банановые рулетики в шоколаде, я, довольная собой, вышла из кафе. На улице, судя по звукам, начинал накрапывать мелкий дождь.

Я остановилась на крыльце, под козырьком. Засмотревшись на серые нависшие над головой тучи, приготовилась бежать до дома, быстро перебирая ногами. А сделав всего шаг, в кого-то случайно влетела.

Запнулась и пошатнулась:

— Ой! Черт! — взвизгнула, чуть не свалившись.

Но меня «спасли».

Мужчина, который «попался» мне на пути, молниеносным движением подхватил все мое повалившееся кондитерское великолепие, одной рукой умудрившись и меня поддержать за локоть, чтобы пятой точкой на асфальт не плюхнулась.

— Осторожно! — услышала я грубовато-скрипучий голос над ухом.

— Прошу прощения, я сегодня слегка нерасторопна, — проворковала, забирая у «спасителя» свои контейнеры с вкусняшками. — Спасибо за помощь, и еще раз прошу меня простить! — Поднимаю взгляд на лицо незнакомца, которое неожиданно оказывается отдаленно знакомым. И до зубного скрежета неприятным. Особенно шрам. Старый, затянувшийся, разделивший правую бровь мужчины напополам. Чудом, что он не задел глаз, цвет радужки которого тоже очень смутно что-то напоминал.

Внутренности скручиваются узлом от подступившего иррационального страха. В сердце что-то тревожно колет.

Я выдавливаю улыбку и уже хочу ретироваться, когда слышу прилетевшее в спину:

— Злата? — все тем же неприятным голосом, будто скрип ржавых петель.

— Простите?

— Злата Золотарева, верно?

Дерьмовое предчувствие начало тревожно биться в сердце еще активней.

Надо бы бежать, но я в асфальт вросла своими чертовыми кедами.

Обернулась.

Может быть, кто-то из соседей? Или папиных знакомых?

Пробежала взглядом по наряду мужчины. Простые джинсы и черная футболка. На ногах черные кроссовки. На широких плечах черная кожаная куртка. Такой прикид максимально не типичен для нашего поселка. И уж тем более для солидных толстосумов в возрасте от тридцати лет, которые здесь обитают и шныряют исключительно в брендовых шмотках.

Не сосед.

Сбитый, высокий, немного полноват. В светлых некогда волосах проскальзывает седина, особенно сильно затронув виски. Лицо… я уже говорила. Неприятное. Отталкивающее. Тип очень похож на бандита.

Меня осеняет.

Твою мать! А вдруг это кто-то из людей Кучера?!

Так, спокойно Злата. Вдох-выдох. Без паники!

Меня в этом поселке каждая собака знает, и если люди этого бандюгана решили меня выкрасть из родного элитного поселка, хрен у них что выйдет! Тут охрана на каждом шагу.

Хотя, откровенно говоря, староват этот мужик для мелкой сошки, бегающей под Кучером.

Говорила мне мама в детстве не заговаривать с незнакомыми дяденьками! Одно время она талдычила мне это, как священную мантру: на конфетки не ведись, за руку не бери, за чужими не иди. Но нет же! Злата выросла, и сама знает, как лучше. Мозгов у Златы явно не прибавилось с годами. Бежать надо со всех ног, но я вступаю с этим типом в диалог:

— Простите, мы знакомы? — стараюсь, чтобы голос сильно не дрожал.

— Ты действительно меня не помнишь? — проскакивает на лице мужчины искреннее удивление.

— А должна?

— А по-твоему, это хорошо — не помнить родного отца?

Ступор. Полная потеря в пространстве.