Книга Чистый кайф, страница 93 – Анна Мишина

Она бледнеет. Вот реально становится бледной, что меня пугает. И, похоже, не только меня.

— Когда, — хрипло выдает девушка и опирается о стойку регистрации, закрывая глаза.

Я замечаю пару слезинок, что падают на ее белые как мел щеки и перестаю дышать, не понимая, что сейчас происходит.

— Как он? — мы встречаемся с ней взглядами, и я вижу в них уже не тревогу, а что-то еще более печальное. Самого пронимает до костей.

— Пришли адрес, я выезжаю сейчас же, — сбрасывает вызов, и смотрит на меня, не моргая, и я понимаю, что девушка сейчас не в себе. Делаю осторожный шаг в ее сторону, и она не отступает.

— Вер, что случилось? — подает голос Снежана и так же внимательно смотрит на свою начальницу.

— Папа, — только лишь выговаривает Вера и из ее рук выпадает телефон. — Папа без сознания. Везут в клинику, — и начинается бесконечный поток слез. Без истерики и рыданий. Просто слезы.

Я поднимаю телефон и кладу его рядом с девушкой.

— Вер, — пытаюсь привлечь ее внимание. — Вер, ты слышишь меня? — хватаю ее за плечи, желая немного встряхнуть.

— Мне нужно к нему. Сейчас, да. Снеж, меня не будет сегодня уже. Я на телефоне, — заторопилась девушка, хватая телефон в руки и пытаясь там что-то найти. — Не могу, не могу найти, — шепчет себе под нос.

— Вер, — повышаю голос, и только тогда она поднимает на меня свои глаза. — Успокойся. Дай посмотрю, — протягиваю руку к телефону, и она послушно его мне отдает.

Я нахожу сообщение с адресом и хватаю ее за руку, тяну на себя.

— Поехали, я тебя отвезу, — но та словно очнувшись, вырывает руку.

— Я сама, — но я тут же ее перехватываю и вырываю ключи из ее похолодевших пальчиков.

— Только не в таком состоянии или ты рядом с ним решила лечь? — знаю что жестоко, но это подействовало на девушку. И больше не сопротивляясь, шла за мной следом.

Помогаю ей забраться в машину и как только она садиться захлопываю дверь и тороплюсь за руль.

До указанного адреса доезжаем достаточно быстро, если учесть что на дорогах начали собираться пробки.

То, что в семье Вилевских случилось горе, становится понятно, как только в коридоре реанимационного отделения я вижу всех в сборе. Вера ускоряет шаг и обнимется с матерью. В стороне стоит Марк, рядом сидит растерянная Ника.

Я чувствую себя не в своей тарелке и отступаю к дверям, которые ведут из отделения, и замираю, не решаясь уйти, но и не знаю, нужно ли оставаться. Но взвесив все и придя к мнению, что я лишний, решаюсь покинуть больницу, когда вижу, как в мою сторону направляется Марк.

Опираюсь о перила лестницы и убираю руки в карманы брюк. Совершенно не зная, с какими намерениями, он идет в мою сторону.

— Спасибо что привез ее, — протягивает мне руку, на которую я мгновение просто пялюсь, но прихожу в себя и пожимаю в ответ.

Слышу, как Марк выдыхает с облегчением. Будто сам не знал как вести себя в сложившейся ситуации.

— Что с отцом? — решаюсь спросить, на что Марк пожимает плечами.

— Точно еще не могут сказать. Там все сложно. Его запущенные болячки и последствия перенесенного инсульта лет тридцать назад дают о себе знать.

— Будем надеяться на лучшее, — киваю ему. — Верин телефон, — передаю ему аппарат. — Верни ей, забыла у меня в машине. И поеду я. Не думаю что я тот, кого вы бы хотели здесь видеть, особенно сейчас. Если что, звони. Номер тот же.