Книга Я найду тебя в любом из миров. Книга 1. Жрица, страница 88 – Арина Ветрова

— Ты искал меня, — сказала она.

Не спросила. Сказала.

Голос был спокойным, мягким, но в нём чувствовалась сила, которую не объяснить словами.

— Моя мать… — начал он.

Она подняла руку.

— Я знаю.

— Откуда?

— Бастет сказала мне. Ты пришёл не только за этим.

Она шагнула ближе. Посмотрела на кольцо у него в руке.

— Что это?

— Это… — он запнулся. — Я сделал это. Я не знаю, для кого.

Она протянула руку. Агенор, не думая, вложил кольцо в её ладонь.

Она держала его, глядя на чёрную кошку, на изумрудные глаза, на алмазную пыль, мерцавшую, как иней.

— Оно для меня, — сказала она.

И надела кольцо на палец.

Оно идеально подошло — будто было создано специально для неё.

Айя подняла глаза. На её губах мелькнула лёгкая, почти неуловимая улыбка.

— Я Айя, — сказала она.

— Агенор, — ответил он, и голос его чуть дрогнул. — Сын Аменемоне.

— Я знаю, кто ты.

Она отвернулась и пошла к выходу.

— Идём. Покажешь мне свою мать.

Агенор стоял, глядя ей вслед, не в силах пошевелиться. Всё, что он знал о красоте, о совершенстве, о том, что можно создать руками, — всё померкло перед тем, что он увидел сейчас.

Она была не просто красивой. Она была идеальной.

И впервые в жизни он хотел не создать, а обладать. Но Верховная жрица была двенадцатилетней девочкой, и это вносило коррективы.

Он знал, что это сокровище обязательно будет его.

Он подождёт.

Фараон и Джедкар расположились в доме главного жреца, в гостевой части. Айя так и не покинула храм с момента прибытия — она осталась там, изучая храмовую жизнь. Сети решил, что пора вернуться за дочерью: отдохнуть с дороги, дать ей передышку, а храм никуда не убежит.

Но по пути к святилищу он размышлял о другом.

Оставить ли дочь здесь, у деда, под защитой богини? Или увезти обратно во дворец, в привычные стены, под свою охрану? Он не хотел подвергать Айю опасности — но и расставаться с ней не хотел. Она была его дочерью. И она была важна для Египта.

В глубоких раздумьях он вошёл в святилище.

Там он застал только Херихора — старый жрец давал наставления молодым служителям. Айи не было.

— Где Айя? — спросил фараон.

Херихор обернулся, отпустил жрецов коротким жестом.

— Ушла лечить больную.

— Что значит — ушла лечить больную? — голос Сети стал жёстче. — Она дочь фараона. Без охраны она никуда не ходит.

Суровый старый жрец улыбнулся — редкость для его лица.

— Не беспокойся, фараон. Твоя дочь под присмотром богини. С ней всё будет хорошо.

— Прекрати меня успокаивать, — отрезал Сети. — Мою дочь чуть не отравили во дворце. Я увёз её сюда не для того, чтобы она спасала весь белый свет.

Херихор нахмурился.

— Здесь она дома. И в безопасности. Я видел знаки судьбы.

— Какие ещё знаки? — фараон шагнул ближе.

— Айя встретила того, кто ей предначертан.

— Чтоооо? — протянул Сети, и в голосе его послышалась сталь. — О чём ты говоришь? Кто ей предначертан? Айя — принцесса Египта. Её судьба — достояние Египта. Кого она могла встретить здесь? И кого пошла лечить? Херихор, я жду ответа.

Старый жрец поднял брови.

— Я всё понимаю, фараон. Но у богов свои планы, и они часто не совпадают с людскими.

— Прекрати изъясняться витиевато. Просто скажи, что произошло и куда ты отправил Айю.

— Приходил Агенор, сын твоего главного ювелира Аменемоне. Его мать тяжело больна — что-то с лёгкими, она задыхается. Любой приступ может оказаться последним.